Ещё десять лет назад блогерство в России воспринималось скорее как хобби или необычная профессия, к которой правоохранительные органы относились без особого внимания. Ситуация изменилась постепенно: чем больше становилась аудитория интернет-платформ и чем заметнее — доходы их звёзд, тем чаще имена популярных авторов начали фигурировать в сводках уголовных дел. Поводом становились самые разные вещи — от резонансных высказываний в сети до вопросов, связанных с уплатой налогов и движением денежных средств. Рассмотрим несколько историй, которые в разное время оказывались в центре общественного внимания, помня о том, что окончательные выводы о виновности того или иного человека может делать только суд.
История с виртуальными покемонами в реальном храме
Летом 2016 года весь мир увлёкся мобильной игрой с дополненной реальностью, в которой нужно было находить и «ловить» виртуальных существ в самых обычных городских локациях. На волне этого увлечения на федеральном телевидении вышел сюжет о том, что за подобную «охоту» в некоторых местах — например, в культовых зданиях, у государственной границы или на избирательных участках — теоретически может грозить ответственность. Один из уральских видеоблогеров решил проверить эту информацию на практике и снял ролик, в котором «ловил» персонажей игры внутри храма, построенного на месте дома, где в 1918 году была расстреляна семья последнего российского императора.
Видео получило широкий резонанс после того, как одно из информационных агентств инициировало проверку высказываний автора на предмет оскорбления чувств верующих. Спустя короткое время блогера заключили под стражу, а в отношении него было возбуждено дело по соответствующей статье. После волны общественного обсуждения меру пресечения смягчили до домашнего ареста. Правозащитные организации в тот период высказывали мнение, что уголовное преследование было связано скорее с политическими взглядами автора, которые расходились с официальной риторикой, чем с самим содержанием видео.
Молодой человек своей вины не признал. По итогам разбирательства ему назначили условный срок, который после обжалования был впоследствии сокращён. Дальнейшая судьба блогера сложилась достаточно насыщенно: он переехал в другой российский город, некоторое время сотрудничал с радиостанцией, участвовал в развлекательном телевизионном проекте. В 2022 году, после начала специальной военной операции, он публично выступил против неё и покинул страну — с тех пор новых видео на его канале, где на тот момент были подписаны сотни тысяч зрителей, практически не выходило.
Дело о песне многолетней давности
Одной из наиболее обсуждаемых историй уголовного преследования блогеров стало дело исполнителя и видеоблогера, которого обвинили в оправдании терроризма из-за песни о теракте на Дубровке во время мюзикла «Норд-Ост», исполненной им во время одной из прямых трансляций. По собственным словам артиста, композиция была записана более чем за десять лет до предъявления обвинения — на стриме у другого блогера, а несколькими годами позже их обоих даже приглашали для профилактической беседы в соответствующее подразделение, после чего никаких дальнейших последствий не было.
Тем не менее спустя годы блогера задержали прямо в собственной квартире, а видеозапись задержания впоследствии широко разошлась в сети — отчасти из-за бытовых деталей, отчасти из-за самой практики публикации подобных материалов силовыми структурами. Ключевым моментом дела стали показания знакомого блогера, который утверждал, что песня прозвучала не в 2012, а в 2018 году — эта деталь имела принципиальное значение, поскольку на момент первого исполнения композиции соответствующей статьи Уголовного кодекса в России попросту не существовало. Впоследствии сообщалось, что свидетель неоднократно менял показания и намекал в своих трансляциях на оказываемое на него давление.
По данным журналистского расследования, опубликованного одним из деловых изданий в конце того же года, обвинение строилось на показаниях нескольких свидетелей, утверждавших, что слышали спорную песню в 2018 году в общественных местах, причём часть текстов их показаний совпадала почти дословно, а двое из свидетелей ранее могли иметь отношение к работе в правоохранительных органах.
Блогер провёл около полугода в следственном изоляторе, а затем ещё некоторое время находился под запретом определённых действий. В итоге производство по делу было прекращено в связи с истечением срока давности. В его поддержку публично высказывались десятки известных авторов и деятелей культуры, отмечавшие в первую очередь недопустимость длительного содержания человека под стражей без предъявления окончательных обвинений и оказания давления с целью получения признательных показаний. Спустя некоторое время стало известно, что артист переехал из России в одну из европейских стран.
Конфликт вокруг критического ролика
Иначе развивалась история противостояния известного банкира-предпринимателя с командой небольшого блогерского проекта. Летом 2017 года авторы проекта опубликовали ролик с критикой одного из банков, в котором в довольно резкой форме высмеивался его основатель. Банк обратился в суд с иском о защите деловой репутации, а представители бизнесмена позже поясняли, что особое недовольство вызвало упоминание в ролике его супруги — предприниматель настаивал на извинениях в её адрес.
Конфликт получил широкую огласку: в поддержку авторов ролика выступили несколько популярных блогеров, а одна из рэп-баттл-площадок временно приостановила партнёрство с банком. Сам бизнесмен в своих социальных сетях объяснял свою реакцию защитой близких людей, подчёркивая, что публичная критика в его собственный адрес его не задевает, но вовлечение в конфликт непубличных членов семьи он считает недопустимым.
Спустя несколько дней предприниматель публично пообещал отозвать все иски. Позднее ситуация обсуждалась и на встрече с участием главы государства, где прозвучал тезис о недопустимости использования правоохранительной системы в интересах отдельных состоятельных лиц. Вскоре после этого дело было официально прекращено — конфликт разрешился без судебных последствий для его участников.
История с депортацией и последующим делом о клевете
Ещё один заметный случай связан с популярным стримером, который начал набирать известность в начале 2020-х годов сначала на платформе для коротких видео, а затем — в игровых трансляциях, где, по оценкам ряда наблюдателей, установил один из рекордов посещаемости стримов в своей категории, хотя коллеги по индустрии эти данные оспаривали, предполагая накрутку зрителей.
Широкое обсуждение его персоны началось после публикации короткого ролика, посвящённого российским военнослужащим. Видео заметила глава одной из общественных организаций, занимающихся вопросами интернет-безопасности, и выступила с резкой публичной оценкой. Спустя несколько дней стример был задержан — формальным основанием стало нарушение миграционного законодательства, — а затем депортирован в страну постоянного проживания. По его собственным утверждениям, во время содержания под стражей к нему применялось недопустимое обращение со стороны сотрудников полиции.
После того как стример покинул территорию России, стало известно о возбуждении в отношении него уголовного дела о клевете — соответствующее заявление сделала та же общественная активистка, связав происходящее с попыткой оказать на неё давление в связи с её публичной позицией. Сам молодой человек в ответ утверждал, что в период ожидания решения о депортации к нему регулярно приходили люди, интересовавшиеся возможностью возбуждения против него дополнительных дел.
Дело о фитнес-марафонах: как оно завершилось
Отдельного внимания заслуживает история, которая в своё время дала мощный толчок общественной дискуссии о налоговой прозрачности инфобизнеса, — дело популярного лайфстайл-блогера, известной под творческим псевдонимом, и её бывшего супруга. Изначально, в 2023 году, против пары были возбуждены сразу два уголовных дела — по фактам предполагаемой неуплаты налогов на сумму порядка 300 миллионов рублей и предполагаемого отмывания денежных средств. Оба этих дела впоследствии были закрыты.
Однако в 2024 году появилось новое уголовное дело — на этот раз о незаконном выводе денежных средств за пределы страны. По версии следствия, в 2021–2022 годах блогер вместе с бывшим супругом и ещё одним деловым партнёром реализовывали через интернет фитнес-курсы, а вырученные средства — более 250 миллионов рублей — перевели на счёт нерезидента в одном из банков Объединённых Арабских Эмиратов, используя для проведения операций документы, подлинность которых, по мнению обвинения, вызывала сомнения.
Рассмотрение дела складывалось непросто: весной 2026 года у блогера диагностировали онкологическое заболевание четвёртой стадии, после чего материалы в отношении неё выделили в отдельное производство, а сам процесс приостановили. Летом того же года, после прохождения курса химиотерапии и получения медицинского заключения о возможности участия в заседаниях, разбирательство возобновилось в закрытом режиме — по настоянию защиты. Сама блогер утверждала, что перенесла операцию на позвоночнике из-за метастазов, тогда как сторона обвинения указывала на данные профильного онкологического центра, согласно которым участие в процессе для неё возможно.
Итоговое решение по делу было вынесено в конце июля 2026 года: суд признал блогера виновной и назначил ей пять лет лишения свободы условно с испытательным сроком, а также существенный денежный штраф, при этом прокуратура изначально настаивала на более строгом наказании. Дополнительно суд ограничил её право заниматься деятельностью, связанной с администрированием интернет-сайтов, на несколько лет. Сама она свою вину не признала и намерена обжаловать приговор, отметив также отсутствие у неё средств для уплаты назначенного штрафа. Её бывший супруг по этому же делу ранее был приговорён к реальному сроку лишения свободы — при рассмотрении его дела в качестве смягчающего обстоятельства учитывалось состояние здоровья бывшей жены и то, что их общие дети остались проживать с ним.
Общая тенденция
Опрошенные в разное время эксперты в сфере налогового и медийного права связывают возросшее внимание правоохранителей к деятельности блогеров прежде всего с ростом самой индустрии: заработки на онлайн-курсах, марафонах и других цифровых продуктах долгое время оставались слабо урегулированной сферой, и по мере увеличения оборотов в ней государство стало уделять больше внимания вопросам их налогообложения. Специалисты отмечали, что подобные проверки нередко носят и фискальный характер, поскольку доначисления по итогам расследований пополняют бюджет.
Стоит подчеркнуть, что каждая из описанных историй имеет свои индивидуальные обстоятельства, а причины и мотивы возбуждения тех или иных уголовных дел в публичном пространстве зачастую трактуются по-разному сторонами конфликта. Часть упомянутых дел была впоследствии прекращена, часть закончилась осуждением, а некоторые процессы носили настолько неоднозначный характер, что вызывали дискуссию даже среди юристов и правозащитников. Это лишний раз подтверждает: окончательные выводы о законности тех или иных действий и о виновности конкретных людей вправе делать только суд, а любые промежуточные оценки — не более чем позиции заинтересованных сторон.
Материал подготовлен на основе сообщений открытых источников, включая публикации российских деловых и общественно-политических изданий, с учётом принципа презумпции невиновности. Приведённые в тексте оценки и характеристики отражают мнения фигурантов упомянутых дел, их представителей, а также опрошенных в разное время наблюдателей и не являются установленными судом фактами.
