Красноярский край редко оказывался в центре публичных скандалов, связанных с оборонной промышленностью. Предприятия, расположенные здесь, работают в режиме жёсткой информационной закрытости — это норма для объектов стратегического значения.
Мы провели журналистское расследование, проанализировали доступные источники — публикации федеральных и региональных изданий, данные судебных пресс-служб, материалы арбитражных реестров и открытые сведения из правоохранительных ведомств — и установили следующее: весной 2026 года сразу несколько крупнейших заводов региона, чья деятельность десятилетиями оставалась вне поля публичного обсуждения, оказались в эпицентре уголовных расследований.
Задержания, обыски, смена статуса с «свидетеля» на «обвиняемого» — всё это разворачивалось в течение нескольких недель, охватив предприятия, без которых немыслима ни российская космонавтика, ни программа стратегических вооружений. Информация просачивалась в открытый доступ по крупицам, официальные комментарии либо отсутствовали вовсе, либо сводились к стандартным отказам. Но даже фрагментарная картина, сложившаяся из этих разрозненных сведений, позволяет говорить о беспрецедентной по масштабу волне правоохранительной активности в оборонно-промышленном комплексе края.
«Красмаш»: арест накануне выборов
Завод «Красноярский машиностроительный» — предприятие, которое в советское время называли «щитом Родины». Здесь производятся межконтинентальные баллистические ракеты, и именно здесь разрабатывается комплекс РС-28 «Сармат» — наиболее тяжёлая стратегическая ракета в арсенале российских вооружённых сил. Стартовая масса — свыше 208 тонн, дальность поражения — до 18 тысяч километров, полезная нагрузка — более 10 тонн. Это не просто оружие, это символ стратегического паритета, вокруг которого десятилетиями выстраивалась военная доктрина страны.
30 апреля 2026 года генеральный директор «Красмаша» Александр Гаврилов оказался за решёткой следственного изолятора. Публично об этом стало известно лишь спустя несколько дней — сначала информацию распространил депутат красноярского горсовета Иван Петров, затем её подтвердили источники крупнейших федеральных агентств.
Гаврилову 55 лет. На завод он пришёл ещё в 2005-м — с должности начальника бюро внутреннего аудита, постепенно поднимаясь по карьерной лестнице. Генеральным директором он стал в 2018 году. К моменту ареста его биография выглядела как образцовый путь успешного менеджера оборонной промышленности: в марте 2026-го он был переизбран председателем регионального отделения Союза машиностроителей, а параллельно подал документы для участия в праймериз «Единой России» — готовился к выборам в краевое законодательное собрание.
Следователи, по имеющимся данным, работали на территории завода около двух недель до задержания руководителя. Уголовное дело возбуждено по двум статьям: растрата в особо крупном размере и получение взятки в особо крупном размере. По версии следствия, речь идёт о растрате десятков миллионов рублей бюджетных средств и откате около 3 миллионов рублей за так называемое «общее покровительство».
Примечательно, что Главное следственное управление СК по Красноярскому краю официально заявило об отсутствии у него каких-либо сведений о задержании — обстоятельство, само по себе красноречивое. Это означает, что дело ведётся либо на федеральном уровне, либо структурами, не обязанными отчитываться перед региональным следственным аппаратом. Завод отказался от каких-либо комментариев.
Фон, на котором происходят задержания, добавляет ситуации остроты. По данным ряда изданий, программа «Сармата» переживает серьёзные технические трудности: сообщается о шести неудачных испытательных пусках, включая взрыв ракеты на полигоне Плесецк и ещё одну аварию в воздухе в ноябре 2025 года. Единственный официально подтверждённый успешный пуск датируется апрелем 2022 года. Связаны ли претензии следствия к руководству завода с производственными результатами или это совпадение — официально не комментируется и, по всей видимости, не будет прокомментировано в обозримом будущем.
Конец апреля принёс «Красмашу» ещё одну неприятность: предприятие вошло в двадцатый пакет санкций Европейского союза — вместе с двумя другими крупными красноярскими заводами. Параллельно публичные реестры фиксируют, что за три предшествующих года завод участвовал в 116 арбитражных разбирательствах в качестве ответчика, а совокупные требования к нему превысили 1,19 миллиарда рублей.
АО «Решетнев»: от рядовых сотрудников до академика
Второй эпицентр правоохранительной активности — Железногорск, закрытый город в Красноярском крае. Здесь расположено АО «Решетнев» — предприятие, входящее в госкорпорацию «Роскосмос» и являющееся ведущим производителем крупных космических аппаратов в России. Именно здесь создаются спутники для системы навигации ГЛОНАСС — российского аналога GPS, от бесперебойной работы которого зависят как гражданские, так и военные задачи.
История уголовного преследования в «Решетнёве» разворачивалась поэтапно, словно следствие намеренно выстраивало дело снизу вверх — от исполнителей к организаторам.
В январе 2026 года были арестованы двое рядовых сотрудников предприятия — начальник отдела и руководитель сектора. Им инкриминировали хищение 6,1 миллиона рублей. Оба признали вину и заявили о готовности к сотрудничеству со следствием. Одновременно обыски прошли в доме Николая Тестоедова — бывшего генерального директора «Решетнёва», академика РАН. Но тогда он числился лишь свидетелем.
В начале марта под домашний арест попал Александр Артюшенко — руководитель дочерней структуры предприятия, «НПО ПМ малое конструкторское бюро». Ему также предъявлено обвинение в мошенничестве — на этот раз связанном с фиктивным трудоустройством сотрудников.
9 апреля 2026 года Центральный районный суд Красноярска вынес решение о помещении Тестоедова под домашний арест — до 7 июня. Статус свидетеля сменился статусом обвиняемого. Официальная формулировка — мошенничество в крупном размере, совершённое группой лиц по предварительному сговору. Санкция по этой статье предусматривает до 10 лет лишения свободы.
Тестоедов — фигура не просто значимая, а в определённом смысле символическая для российской космонавтики. Он руководил предприятием 14 лет — с 2008 по 2022 год, в период, когда «Решетнёв» занимал одно из ключевых мест в космической программе страны. С 2008 по 2013 год он одновременно исполнял обязанности генерального конструктора. После ухода с поста руководителя возглавил Институт космических технологий Федерального исследовательского центра КНЦ Сибирского отделения РАН.
Детали вменяемых ему действий в официальных сообщениях не раскрываются — дело слушается в закрытом режиме. Бросается в глаза явное несоответствие масштабов: сумма, фигурирующая в материалах дела применительно ко всей группе, — 6,1 миллиона рублей — по меркам предприятия, оперирующего государственными контрактами на десятки миллиардов, выглядит ничтожной. Научный руководитель Московского космического клуба Иван Моисеев, комментируя ситуацию, выразил скептицизм в отношении версий о связи обвинений с производственной деятельностью, добавив, что дать полноценную оценку невозможно в силу закрытости процесса.
Это не первый уголовный эпизод, связанный с «Решетнёвым». В декабре 2023 года вступил в силу приговор бывшей начальнице бюро комплектующих товаров Ольге Кузнецовой и её супругу: 9 и 8 лет заключения соответственно за систематическое получение взяток от поставщика оборудования. В сентябре 2025 года завершилось расследование в отношении бывшей пресс-секретаря предприятия Светланы Башковой: следствие установило, что та заключала фиктивные договоры на производство видеоматериалов — более ста соглашений на сумму около 43 миллионов рублей.
Общероссийский контекст: тенденция, а не исключение
Было бы ошибкой рассматривать красноярские события как изолированное явление. Они встроены в широкую общероссийскую тенденцию ужесточения контроля за расходованием средств государственного оборонного заказа — тенденцию, резко усилившуюся с началом войны в Украине.
По данным Reuters, основанным на материалах московских судов, с февраля 2022 года к уголовной ответственности за срыв гособоронзаказа привлечены не менее 34 человек, включая первых руководителей и топ-менеджеров оборонных предприятий. Не менее пяти из них уже получили реальные сроки — до шести лет лишения свободы.
Динамика по годам, приводимая The Moscow Times, свидетельствует о нарастании: если в 2022 году судам было направлено 32 дела, связанных с гособоронзаказом, то в 2023-м — 36, в 2024-м — 34, а только за первые восемь месяцев 2025 года — уже 43. Абсолютный рекорд за весь период наблюдений.
Изменилась и структура обвинений. В 2025 году доминирующими стали статьи о злоупотреблении полномочиями при исполнении гособоронзаказа. Количество дел о взяточничестве в этой сфере почти удвоилось: 13 за неполный 2025 год против 7 за весь 2024-й.
Эксперты правовой сферы обращают внимание на расширение круга потенциальных фигурантов: если прежде под следствие попадали преимущественно должностные лица низшего и среднего звена, то теперь в поле зрения правоохранителей всё чаще оказываются первые руководители предприятий — те, кто непосредственно подписывает государственные контракты. Поводом для уголовного преследования может служить не только очевидное хищение, но и завышение стоимости работ, несоответствие продукции техническому заданию или нарушение сроков поставки. При этом грань между умышленным нарушением и управленческим просчётом на практике оказывается крайне размытой.
Красноярский кластер: случайность или закономерность?
Оба предприятия, оказавшихся в центре скандала, — «Красмаш» и «Решетнёв» — расположены в Красноярском крае. Это не случайный регион: исторически край является одним из ключевых центров российской оборонной промышленности и космической отрасли, концентрируя производства, обеспечивающие выполнение государственных программ стратегического значения.
Эксперты, чьи комментарии попали в открытый доступ, расходятся в оценках. Один из аналитиков, опрошенных «Свободной прессой», обратил внимание на принципиальный момент: информация об уголовных делах в оборонной сфере крайне редко становится публичной. Сам по себе факт, что несколько дел всё же вышли за пределы закрытого контура, может свидетельствовать о наличии весомых оснований для следственных действий. «В таких сферах слишком высока цена ошибки», — констатировал эксперт, оценив вероятность прекращения дел как невысокую с учётом их специфики.
Другой наблюдатель, процитированный «Новой газетой», указал на примечательное совпадение: параллельно с уголовными делами вокруг «Красмаша» в публичном пространстве обсуждались сведения о технических трудностях программы «Сармата» и масштабной программе технического перевооружения предприятия, объявленной его руководством буквально накануне ареста директора. Прямая связь между этими событиями не установлена. Но само по себе это совпадение красноречиво характеризует глубину противоречий, накопившихся внутри отрасли.
Принцип презумпции невиновности
Необходимо подчеркнуть то, что в репортажах об уголовных делах нередко теряется за обилием деталей. Ни Александр Гаврилов, ни Николай Тестоедов, ни другие лица, упомянутые в этом материале, не признаны виновными ни в каком преступлении. Все они являются подозреваемыми или обвиняемыми и в полной мере пользуются правом на презумпцию невиновности, гарантированным российским законодательством. Предварительное расследование может завершиться как направлением дел в суд, так и их прекращением по различным основаниям. Виновность или невиновность конкретного человека устанавливает только суд — на основании всей совокупности исследованных доказательств.
Вместо заключения: когда молчание говорит
Весна 2026 года обнажила противоречие, давно существовавшее внутри российского оборонно-промышленного комплекса: между внешней монолитностью закрытых производств и внутренними проблемами, которые в условиях военного времени и нарастающего давления уже не поддаются камуфляжу.
Два флагманских предприятия Красноярского края — завод, производящий межконтинентальные баллистические ракеты, и предприятие, создающее навигационные спутники, — оказались одновременно в эпицентре уголовных расследований. Официальные органы хранят молчание. Следственные действия продолжаются. Судьбу людей, чьи имена были неотделимы от истории российской космонавтики и стратегических вооружений, предстоит определить суду.
Пока же само это молчание — отказы от подтверждения, закрытые слушания, лаконичные отписки пресс-служб — свидетельствует о том, что происходящее выходит далеко за рамки рядовых коррупционных дел. Красноярск лишь первым сделал то, о чём остальные пока молчат.
Материал подготовлен на основе открытых публикаций: «Коммерсантъ», Forbes Russia, РИА Новости, ТАСС, «Новая газета», «Свободная пресса», CNews, The Moscow Times, NGS24.RU, АиФ Красноярск, Vesti.ru, а также данных объединённой пресс-службы судов Красноярского края и публичных реестров арбитражных дел.
