Автор: employee2

В зале заседаний непривычно тихо, и лишь изредка слышен приглушённый разговор. На местах для близких — пожилая женщина и двое подростков: мать погибшей Марины Канивец и её дети. Мальчик негромко спрашивает бабушку, где сейчас отец. «Скорее всего, ещё внизу, вот-вот заведут», — отвечает она. Спустя несколько минут конвоиры действительно вводят в помещение мужчину со скованными руками — и почти мгновенно помещают его в защитную кабину из пуленепробиваемого стекла, которая в современных судах заменила собой привычную металлическую клетку.

Мы проанализировали открытые источники и провели журналистское расследование обстоятельств этого дела, прежде чем обратиться к деталям самого процесса.

Заседание — далеко не первое по этому делу, которое крымская пресса на протяжении почти года именует одним из самых громких в республике. Перед судом — 45-летний симферополец, отец двоих несовершеннолетних детей: его обвиняют в лишении жизни собственной супруги. Свою причастность он категорически отрицает. Приговора по делу пока не вынесено, а значит, формально мужчина остаётся именно подозреваемым в глазах закона — и напоминание о презумпции невиновности здесь не пустая формальность, а сама суть текущего этапа: пока суд не высказался, любые версии остаются лишь версиями.

Как женщина не вернулась домой

Отправной точкой этой истории стала осень минувшего года. Четвёртого октября 41-летняя жительница симферопольского микрорайона Каменка Марина Канивец ушла на работу — и не вернулась. Женщина трудилась на складе, занимая руководящую позицию, и, по рассказам её окружения, в последнее время подумывала об увольнении, признаваясь, что сильно устала. Дома её ожидали супруг и двое детей — двенадцати и пятнадцати лет.

Из сообщений правоохранителей и региональных СМИ следует, что заявление об исчезновении жены муж подал не в тот же день, а спустя некоторое время — этот факт впоследствии привлёк отдельное внимание следствия. К поискам подключились не только сотрудники полиции, но и волонтёрский поисковый отряд, в районе развесили ориентировки. Однако обнаружить женщину живой так и не удалось.

Останки Марины Канивец нашли только спустя без малого два месяца после её пропажи — в последних числах ноября, в степной местности близ села Трудовое Симферопольского района, в заросшей камышом канаве оросительного канала. По сведениям следствия, повреждения оказались настолько серьёзными, что церемонию прощания провели с закрытым гробом. Похоронили женщину на сельском погосте под Судаком.

Практически сразу после обнаружения тела было открыто уголовное производство, а вскоре под стражу заключили и супруга погибшей — Николая. Ему инкриминировали деяние, предусмотренное частью первой статьи 105 Уголовного кодекса России — убийство.

Реконструкция событий со стороны обвинения

По данным, которые ранее озвучивали пресс-службы регионального Следственного комитета и крымской прокуратуры, обвинение выстраивает произошедшее следующим образом: конфликт между супругами на почве ревности разгорелся в салоне автомобиля, оставленного в районе улицы Коллективных Садов в Симферополе. Согласно версии следствия, мужчина нанёс жене несколько ударов отвёрткой в голову, после чего сдавил ей горло руками, что и повлекло смерть. Далее, как считает обвинение, он забрал с тела украшения — в частности, кольца, которые позднее заложил в ломбарде, — а тело вывез за пределы города и оставил в прибрежных зарослях у канала.

Одним из ключевых аргументов следствия называют данные сотовой связи обвиняемого: биллинг, по утверждению обвинения, показывает его присутствие вблизи места, где впоследствии нашли тело. Фигурируют в деле и показания очевидцев, которые, по некоторым сведениям, видели, как мужчина грузил в багажник машины крупный свёрток. Сам он этого эпизода не отрицает, но трактует иначе: по его словам, речь шла о мешках с сухими листьями, вывозимыми с придомовой территории.

В деле упоминается и некий посторонний мужчина, с которым, предположительно, была связана погибшая. Следствие не исключает, что именно подозрения в неверности могли стать поводом для трагедии. Ещё раз подчеркнём: перечисленное — реконструкция стороны обвинения, а не факты, признанные судом; окончательные выводы о виновности или невиновности вправе делать только суд своим приговором.

Что говорит защита

Адвокат подсудимого Марлен Халиков неоднократно заявлял представителям прессы, что его доверитель не признаёт себя виновным в смерти жены. По информации крымских журналистов, сам обвиняемый в разговорах с прессой утверждал: он Марину не убивал. Сторона защиты подчёркивает право подзащитного отстаивать свою невиновность именно в суде, отмечая, что все спорные моменты — данные биллинга, показания свидетелей, происхождение изъятых вещей — должны получить оценку в рамках судебного разбирательства, а не в публичном пространстве.

Отдельно защитник упоминал о жалобе своего подопечного на неправомерное физическое воздействие в период содержания в изоляторе: по словам адвоката, за без малого семь месяцев в СИЗО подзащитного пытались, как он утверждает, склонить к признанию вины силовыми методами. Позднее эта жалоба была снята с производства, а представители силовых структур факты применения недозволенных методов не подтвердили, заявив об их отсутствии. Каких-либо процессуальных документов, подтверждающих эти утверждения, публично не представлено — поэтому данный эпизод также стоит воспринимать лишь как заявление одной из сторон, не более.

Присутствовавшие на заседаниях журналисты обращают внимание на заметные перемены во внешности подсудимого: похудевшее лицо, глубокие складки на лбу, нездоровая бледность с желтоватым оттенком. Защита связывает это с условиями содержания под стражей на протяжении длительного досудебного периода.

Несостоявшийся допрос детей

На последних заседаниях в качестве свидетелей вызывали сына и дочь погибшей. Однако допросить подростков вновь не получилось: слушание перенесли из-за отсутствия психолога — его присутствие обязательно по закону при работе с несовершеннолетними свидетелями. По имеющейся информации, специалист не смог явиться по причине болезни.

Журналисты, наблюдавшие за процессом, описывают тяжёлую атмосферу в зале: по их словам, лицо подсудимого на секунду смягчилось при виде детей, но тут же снова помрачнело, а подростки в это время старались не поднимать взгляд. Как повлияют их показания на исход дела — если их всё же удастся получить, — предугадать сложно: по закону несовершеннолетние вправе отказаться свидетельствовать против близких родственников.

Соседи и знакомые о произошедшем

Трагическая история не оставила равнодушными жителей микрорайона, где проживала семья Канивец. Соседи организовали сбор средств для матери погибшей: по сведениям местных СМИ, в общем чате появлялось сообщение о том, что семье пришлось хоронить сразу двух родных людей за короткий промежуток времени — незадолго до гибели Марины скончался и её брат, — а денежных средств на оба погребения не хватало.

Люди, знавшие Марину лично, описывали её в разговорах с журналистами как отзывчивого и доброжелательного человека, который, по их словам, никогда открыто не жаловался на семейные обстоятельства. Одна из подруг, попросившая не называть её настоящее имя, рассказала, что незадолго до пропажи Марина якобы приобрела недвижимость, о которой муж не знал, — впрочем, эта информация исходит исключительно от знакомых погибшей и не входит в число фактов, подтверждённых материалами уголовного дела. Важно понимать: подобные рассказы третьих лиц — это личные впечатления и слухи из окружения семьи, а не доказательства, которые исследовал суд.

Как развивались события

Опираясь на открытые источники — сообщения Следственного комитета, прокуратуры Крыма и публикации региональных изданий, — последовательность событий можно восстановить так:

— 4 октября 2025 года Марина Канивец не пришла домой после рабочего дня; — спустя несколько дней супруг обратился в полицию с заявлением о её пропаже; — поиски продолжались около двух месяцев, к ним привлекались волонтёры; — 26 ноября 2025 года тело женщины обнаружили в Симферопольском районе; — вскоре мужу погибшей предъявили обвинение по статье об убийстве и заключили его под стражу; — к концу мая 2026 года прокуратура Крыма сообщила о завершении расследования и передаче дела в Киевский районный суд Симферополя; — с начала лета 2026 года идёт судебное разбирательство по существу, состоялось уже несколько заседаний.

Дата оглашения приговора пока неизвестна: по оценкам журналистов, следящих за процессом, разбирательство может затянуться — с учётом объёма собранных доказательств, необходимости допроса свидетелей, включая несовершеннолетних, и упорной позиции защиты, настаивающей на невиновности подзащитного.

Что предусмотрено законом дальше

Часть первая статьи 105 УК РФ («убийство») предполагает наказание в диапазоне от шести до пятнадцати лет лишения свободы. Однако итоговая квалификация действий обвиняемого, равно как и сам факт его вины, будет определена исключительно судом — на основании всей совокупности исследованных доказательств: свидетельских показаний, результатов экспертиз, данных сотовой связи и прочих материалов дела.

До вступления приговора в силу любые версии — что со стороны обвинения, что со стороны защиты — остаются лишь версиями. В соответствии со статьёй 49 Конституции Российской Федерации, каждый обвиняемый считается невиновным, пока его вина не будет доказана в предусмотренном законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда. Именно поэтому все формулировки в отношении подсудимого в этом материале носят предположительный характер и отражают либо позицию следствия, либо частные оценки окружения погибшей, но никак не факты, установленные судебным решением.

Следующие заседания, как ожидается, будут посвящены допросу свидетелей — в том числе, с участием психолога, детей погибшей. Родственники Марины Канивец, по наблюдениям журналистов, освещающих процесс, продолжают приходить на каждое слушание.

Материал подготовлен с опорой на публикации KP.RU (Крым), «АиФ Крым», РИА Новости Крым, а также официальные сообщения пресс-служб Следственного комитета России по Республике Крым и городу Севастополю и прокуратуры Республики Крым. Отдельные подробности личного характера, касающиеся погибшей, приводятся со слов её знакомых и не являются фактами, установленными судом. Все сведения об обвиняемом изложены с соблюдением принципа презумпции невиновности: виновность лица может считаться доказанной исключительно на основании вступившего в законную силу приговора суда.

Дело, которое пользователи соцсетей уже успели окрестить «аферой десятилетия», стартовало с обычной служебной процедуры. Двадцатого июня 2026 года сотрудники одного из петербургских отделений крупной кредитной организации проводили плановую проверку хранилища с инвестиционными золотыми монетами. Подобные ревизии — рутинная часть работы любого банковского офиса, имеющего дело с драгоценными металлами, и, как правило, не предвещают ничего экстраординарного. На этот раз итог оказался иным: ячейка, где должны были находиться драгоценности, практически опустела — не хватало 8893 монет серии «Георгий Победоносец» номиналами 50, 100 и 200 рублей.

Монеты этой серии выпускаются Банком России из золота высокой пробы: с одной стороны на них отчеканен двуглавый орёл, с другой — всадник, поражающий копьём змея. Формально это законное платёжное средство, однако на практике монета используется прежде всего как инструмент вложения средств в драгметалл, сохраняющий стоимость даже в периоды рыночной турбулентности.

Мы проанализировали открытые источники и провели журналистское расследование, чтобы разобраться в деталях этой истории. По данным открытых источников, монеты данной серии выпускаются с 2006 года и пользуются устойчивым спросом у частных инвесторов именно благодаря сочетанию статуса официального платёжного средства и инвестиционной привлекательности золота как актива.

Номинальная стоимость пропавших монет едва превышала 1 млн рублей, но их рыночная цена на дату обнаружения недостачи — 20 июня 2026 года — достигла отметки в 2 022 290 095 рублей. Разница между номиналом и рыночной стоимостью в данном случае превышает две тысячи раз, что объясняется исключительно динамикой мировых цен на золото за годы, прошедшие с момента чеканки монет. Совокупный вес утраченного металла оценивается более чем в 160 килограммов — для сравнения, это сопоставимо по массе с содержимым нескольких десятков стандартных банковских слитков.

Круг подозреваемых

Право доступа к содержимому хранилища, согласно материалам дела, было у нескольких сотрудниц офиса — его руководительницы и менеджеров по обслуживанию клиентов. Уголовное преследование затронуло не одну, а сразу нескольких работниц банка: помимо начальницы отделения, в деле фигурируют как минимум два менеджера по работе с клиентами.

Женщина, занимавшая руководящую позицию, родилась в небольшом населённом пункте на территории Самарской области — по данным переписи, в этом селе проживает чуть более двухсот пятидесяти человек. Как следует из открытых источников, свой карьерный путь в банковской сфере она начинала в Самаре, затем работала в Пскове и впоследствии, получив назначение в Петербург, поднялась от заведующей монетным бутиком до руководства целым отделением. Знакомые описывают этот карьерный рост как результат многолетней добросовестной работы и хороших показателей — обстоятельство, которое, по их словам, делает произошедшее ещё более неожиданным для окружения.

По официальным данным, её ежемесячный доход составлял порядка 130 тысяч рублей. При этом, как отмечают источники, знакомые с ситуацией, в её пользовании находилось несколько автомобилей премиального сегмента, а место регистрации было связано с элитным коттеджным посёлком в Ленинградской области. Упоминаются и частые зарубежные поездки — среди направлений, которые называют собеседники, значатся европейские и ближневосточные города, — и увлечение разведением породистых декоративных собак. Важно подчеркнуть: перечисленные обстоятельства сами по себе не служат доказательством вины и не предрешают исход дела — вопрос о происхождении средств остаётся предметом следственной проверки, а образ жизни человека, вне зависимости от его источников, не является юридическим основанием для обвинения.

Другая сотрудница, также занимавшая должность менеджера, по отзывам знакомых, вела значительно более сдержанный образ жизни: передвигалась на автомобиле среднего ценового сегмента, отпуск проводила в бюджетных поездках по ближнему зарубежью. Незадолго до задержания в её профиле в соцсети появилась короткая публикация, которую некоторые СМИ связали с переменами в материальном положении, однако официального подтверждения этой связи следствие не даёт, и подобные интерпретации личных сообщений в соцсетях носят исключительно предположительный характер.

Отдельные издания сообщают также о возможной причастности к делу третьей сотрудницы банка, чей процессуальный статус на данный момент не уточняется. Согласно этим сведениям, круг лиц, интересующих следствие, может быть шире изначально озвученного, однако официального подтверждения числа фигуранток пока не поступало.

Возможный механизм вывода золота

Как именно монеты покидали хранилище на протяжении предполагаемого периода — от нескольких месяцев до, вероятно, более длительного срока, — следствие пока не раскрывает. Собеседники из банковской сферы поясняют, что комплексные проверки подобных хранилищ проводятся не постоянно, а с определённой периодичностью — раз в квартал или в год, — что теоретически оставляло возможность постепенно и небольшими партиями изымать монеты незаметно для контролирующих служб. По словам источников, знакомых с процедурами безопасности в банковском секторе, доступ в подобные хранилища обычно организован так, что для входа требуется присутствие как минимум двух уполномоченных сотрудников — это стандартная мера, призванная минимизировать риск единоличных злоупотреблений, однако она не исключает возможность сговора между лицами, имеющими совместный доступ.

Дальнейшая судьба золота описывается в источниках по-разному. Согласно одной версии, монеты небольшими партиями сбывались в сторонние банки по цене ниже рыночной — ради оперативности сделки и минимизации риска привлечь внимание служб безопасности. Специалисты отмечают, что операции с инвестиционными монетами обычно не требуют развёрнутого пакета документов — достаточно предъявить паспорт, что делает подобные сделки относительно быстрыми и труднее отслеживаемыми постфактум. По другой версии, которую также рассматривает следствие, часть монет впоследствии возвращалась в оборот через посредников, а сама схема была скорее связана с попыткой заработка на разнице курсов золота, нежели с прямым хищением как таковым.

Независимые эксперты финансового рынка, опрошенные журналистами, обращают внимание на высокую ликвидность подобных монет: их можно реализовать не только через банковские каналы, но и через комиссионные магазины, специализированные интернет-площадки или в частном порядке — например, путём прямой продажи знакомым или коллекционерам. Именно это, по мнению аналитиков, могло существенно осложнить отслеживание дальнейшего пути монет уже после их предполагаемого изъятия из хранилища. Специалисты также напоминают, что подобные монеты в принципе относятся к категории активов, специально созданных для удобства частных инвестиций именно благодаря простоте обращения — а значит, тот же фактор, который делает их привлекательными для законных инвесторов, теоретически может облегчать и незаконный сбыт.

Итоги обысков

Обыски по месту жительства фигуранток, по имеющимся сведениям, не выявили значительных сумм наличных денег. В материалах дела фигурирует формулировка о том, что похищенным «распорядились по своему усмотрению» — конкретное содержание этой фразы следствие пока не раскрывает. Куда именно могли деться средства от предполагаемой реализации золота, предстоит установить в ходе розыскных мероприятий, которые, по имеющейся информации, продолжаются.

Юристы, комментирующие ситуацию в открытых источниках, указывают, что банк как потерпевшая сторона вправе заявить гражданский иск в рамках уголовного производства, а в качестве обеспечительной меры возможен арест имущества фигуранток — транспорта, недвижимости, счетов. По словам представителей юридического сообщества, подобная мера направлена на то, чтобы гарантировать возможность взыскания ущерба даже в случае, если денежные средства фактически не будут обнаружены в ходе следствия. Итоговая суровость наказания, отмечают эксперты, будет зависеть от квалификации, которую действиям обвиняемых даст суд, установленной степени вины каждой из участниц и того, будет ли добровольно возмещён причинённый ущерб — этот фактор традиционно учитывается судами при назначении наказания по экономическим статьям.

Мера пресечения

По информации объединённой пресс-службы судов Санкт-Петербурга, в отношении руководительницы офиса избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Менеджер, которая, по имеющимся данным, не оспаривала предложенный вариант, помещена под домашний арест. Процессуальный статус других возможных участниц дела официально пока не раскрывался.

Родственники фигуранток, к которым журналисты обращались за комментариями, от публичных заявлений предпочли воздержаться — подобная сдержанность в резонансных делах является распространённой практикой и не должна расцениваться как косвенное подтверждение каких-либо обвинений.

Следует напомнить: до вступления приговора суда в законную силу все фигурантки данного дела считаются невиновными в соответствии с презумпцией невиновности, закреплённой законодательством Российской Федерации. Любые предположения о мотивах, обстоятельствах или судьбе похищенного носят исключительно версионный характер и подлежат проверке в установленном законом порядке.

Прецеденты из криминальной практики

Комментируя резонансное расследование, юристы и специалисты по экономическим преступлениям вспоминают и другие подобные истории, объединённые общей чертой — сложностью полного возврата похищенных средств. В частности, ранее в Пермском крае рассматривалось дело инкассатора, похитившего порядка 250 млн рублей, — тогда следствию, несмотря на дополнительные оперативно-разыскные мероприятия, так и не удалось обнаружить примерно миллион рублей из общей суммы; родственники фигуранта того дела утверждали, что не располагают сведениями о местонахождении тайника.

Эксперты также отмечают, что хищения, связанные с драгоценными металлами и монетами, обладают определённой спецификой по сравнению с классическими финансовыми преступлениями: физический характер актива облегчает его перемещение и укрытие, но одновременно осложняет реализацию крупных партий без привлечения внимания — именно поэтому подобные схемы, как правило, предполагают постепенный, а не единовременный сбыт. Подобные прецеденты, по мнению специалистов, демонстрируют, что установление точного местонахождения похищенных средств зачастую растягивается на длительный срок и не всегда завершается их полным возвратом, что делает подобные дела особенно сложными для следствия с точки зрения возмещения ущерба потерпевшей стороне.

Реакция банковского сообщества

Резонансное дело вызвало широкое обсуждение в профессиональной банковской среде. Представители кредитных организаций, комментирующие ситуацию на условиях анонимности, отмечают, что подобные случаи обычно становятся поводом для пересмотра внутренних процедур контроля за хранилищами с драгоценными металлами — в частности, речь может идти об увеличении частоты внеплановых проверок и ужесточении требований к документообороту при работе с инвестиционными монетами. При этом собеседники подчёркивают, что стопроцентную защиту от злоупотреблений со стороны лиц, имеющих легальный доступ к ценностям, обеспечить крайне сложно в силу самой специфики банковской работы, построенной на определённом уровне доверия к сотрудникам.

Дальнейшее развитие событий

Следственные органы продолжают выяснять точные обстоятельства предполагаемой схемы, полный круг причастных к ней лиц и конечную судьбу пропавших монет. По имеющимся данным, следствие также изучает возможную роль третьих лиц, которые могли содействовать сбыту золота за пределами банковской системы. Родственники фигуранток от комментариев прессе пока воздерживаются. По мере появления новых процессуальных данных дело, уже получившее широкий общественный резонанс далеко за пределами Санкт-Петербурга, вероятно, будет пополняться новыми подробностями, а мера пресечения в отношении фигуранток может быть пересмотрена по мере продвижения расследования.

Материал подготовлен на основе сообщений ТАСС, «Комсомольской правды», «Фонтанки», BFM.ru, «Известий», АиФ, а также официальных данных объединённой пресс-службы судов Санкт-Петербурга. Все факты изложены в соответствии с принципом презумпции невиновности.

Надзорное ведомство Южного административного округа Москвы утвердило обвинительный акт по делу 36-летней предпринимательницы и блогера Елизаветы Батюты, публично известной как Лиза Миллер. Проанализировав доступные открытые источники и сообщения пресс-службы прокуратуры, удалось восстановить полную картину событий: материалы направлены в Симоновский районный суд Москвы, где дело будет рассматриваться по существу без участия самой фигурантки, объявленной в розыске.

Как пояснили в пресс-службе ведомства, именно отсутствие обвиняемой на территории России стало причиной выбора заочного формата разбирательства. Параллельно суд заочно применил к Батюте меру пресечения в виде содержания под стражей.

В чём заключается обвинение

Уголовное преследование ведётся по пункту «б» части 4 статьи 174.1 Уголовного кодекса – легализация денежных средств, полученных в результате преступления. По данным следствия, изложенным в материалах дела, в период с декабря 2020-го по апрель 2024 года предпринимательница совершила серию сделок и финансовых операций, призванных придать законный вид средствам, ранее полученным вследствие неуплаты налогов в крупном размере (эта часть эпизода квалифицировалась отдельно, по статье 199 УК РФ).

Следствие выделяет три ключевые транзакции. Во-первых, частичная оплата автомобиля Rolls-Royce Cullinan на сумму свыше 3,7 млн рублей. Во-вторых, взнос в размере более 44,3 млн рублей за апартаменты в Абу-Даби. В-третьих, перевод свыше 28,3 млн рублей на личный счёт в качестве дивидендов от подконтрольной компании. Итоговая сумма легализованных средств, согласно версии обвинения, превысила 76 млн рублей.

Стоит подчеркнуть: покупка автомобиля, оплата недвижимости и получение дивидендов – операции, которые сами по себе не противоречат закону. Их квалификация как способа легализации преступных доходов – это версия следствия, которую предстоит оценить суду. До вступления приговора в силу презумпция невиновности в отношении Батюты сохраняется в полном объёме.

Что грозит по данной статье

Часть 4 статьи 174.1 УК РФ, по которой предъявлено обвинение, относится к категории тяжких преступлений, поскольку речь идёт об особо крупном размере – по действующей редакции закона таковым признаётся сумма от 6 млн рублей. Санкция этой части предусматривает альтернативные виды наказания: от принудительных работ на срок до пяти лет до лишения свободы на срок до семи лет со штрафом в размере до одного миллиона рублей либо в размере дохода осуждённого за период до пяти лет. Дополнительно суд вправе назначить ограничение свободы и лишение права занимать определённые должности или заниматься определённой деятельностью. Конкретное наказание, если вина будет установлена, определит суд с учётом всех обстоятельств дела – смягчающих и отягчающих.

Юристы, специализирующиеся на подобных делах, отмечают, что приговоров по статьям о легализации в России относительно немного: доказать умысел на придание видимости законности происхождения средств сложнее, чем сам факт уклонения от налогов, положенный в основу первичного эпизода.

Хронология расследования

Уголовное дело было возбуждено ещё в октябре 2025 года. На тот момент Следственный комитет сообщал, что за 2020–2022 годы Батюта не уплатила более 130 млн рублей налогов, а затем, по версии ведомства, часть этой суммы легализовала через финансовые операции. Уже тогда следователи отмечали, что фигурантка находится за границей, и анонсировали планы заочно предъявить обвинение.

Спустя восемь месяцев, к концу июня 2026 года, прокуратура завершила утверждение обвинительного заключения и передала дело в суд. Рассматривать его будет Симоновский районный суд Москвы – именно к его юрисдикции относится расследование данного эпизода.

Отдельного упоминания заслуживает то, что ещё до возбуждения уголовного дела Батюта прошла процедуру личного банкротства, после чего, как сообщалось, перебралась в Дубай. По информации ряда изданий, весной 2026 года финансовый управляющий добивался взыскания с неё и супруга свыше 21 млн рублей – это отдельное гражданское производство, напрямую не связанное с уголовным делом об отмывании.

Кто такая Лиза Миллер

Настоящее имя блогера – Елизавета Батюта. В бизнесе она известна как основательница сети клиник лазерной эпиляции «Миссис Лазер», а в соцсетях ведёт блог о материнстве, воспитании детей и отношениях под псевдонимом Лиза Миллер в Instagram (сервис принадлежит компании Meta, признанной в России экстремистской организацией и запрещённой). Аудитория её аккаунта, по разным подсчётам изданий, составляет от 6 до более чем 7 млн подписчиков — один из крупнейших показателей среди русскоязычных блогеров лайфстайл-тематики. В настоящее время предпринимательница проживает в Дубае.

Более широкий контекст: блогеры и статья об отмывании

Дело Лизы Миллер стало не первым громким случаем, когда известным блогерам предъявляют обвинения по статье о легализации доходов. Наиболее заметным прецедентом остаётся дело Елены Блиновской: ей вменили неуплату налогов и отмывание средств на сумму 716,6 млн рублей, а также нарушения в обороте платёжных средств и схему искусственного дробления бизнеса – в итоге она была приговорена к четырём с половиной годам лишения свободы. По схожей статье обвинение предъявлялось и её супругу Алексею Блиновскому.

Другой резонансный кейс – дело блогера Александры Митрошиной. Судебные решения, упоминаемые в новостных публикациях, предусматривали взыскание с неё свыше 115 млн рублей, а впоследствии она получила условный срок за легализацию денежных средств – хотя гособвинение изначально настаивало на реальном сроке. Среди фигурантов подобных дел последних лет также упоминаются блогеры Валерия Чекалина и Дмитрий Портнягин.

По оценкам юристов, занимающихся анализом судебной практики, основная часть уголовных дел о «налоговом отмывании» за 2023–2025 годы была возбуждена именно в отношении публичных персон, и число таких дел заметно росло год к году. Основанием для возбуждения дела по статье 174.1 УК РФ, как правило, служат материалы отдельного дела об уклонении от уплаты налогов, установленного решением налогового органа.

На этом фоне история Лизы Миллер вписывается в устойчивую тенденцию последних лет: правоохранительные органы стали пристальнее следить за доходами блогеров-миллионников, чьи коммерческие проекты – онлайн-курсы, марафоны, франшизы бьюти-индустрии – формируют значительные, но не всегда прозрачно задекларированные денежные потоки.

Юридический смысл заочного разбирательства

Российский уголовно-процессуальный закон допускает рассмотрение дела без участия подсудимого в ограниченном числе случаев – прежде всего, когда обвиняемый скрывается от следствия и суда либо находится за пределами страны и уклоняется от явки. В подобных ситуациях суд назначает подсудимому защитника по назначению, а само разбирательство идёт в общем порядке, но без личного участия фигуранта. При этом закон сохраняет гарантию: в случае задержания или добровольной явки осуждённый вправе требовать отмены заочного приговора и повторного рассмотрения дела уже с его участием.

Отдельный вопрос – возможность фактического исполнения приговора в отношении фигурантки, проживающей в ОАЭ. Между Россией и Объединёнными Арабскими Эмиратами действует межправительственное соглашение о правовой помощи, однако практика выдачи граждан по подобным категориям дел остаётся неравномерной и зависит от конкретных обстоятельств каждого случая. Пока фигурантка объявлена в международный розыск, дальнейшая судьба исполнения возможного приговора будет зависеть от результатов взаимодействия правоохранительных органов двух стран.

Позиция фигурантки

На момент подготовки материала ни сама Елизавета Батюта, ни её защита публично не прокомментировали содержание обвинительного заключения. Каких-либо официальных заявлений блогера по существу предъявленных обвинений в открытых источниках пока не зафиксировано – типичная ситуация для дел, рассматриваемых заочно в отношении фигурантов, находящихся вне страны.

Что будет дальше

После передачи дела в Симоновский районный суд Москвы предстоит назначение даты предварительного слушания. С учётом того, что подсудимая объявлена в розыске и заочно арестована, наиболее вероятный сценарий – рассмотрение дела по существу без её присутствия, с участием защитника по назначению. Если приговор будет вынесен и вступит в законную силу, у Батюты при её обнаружении или добровольной явке сохранится законное право добиваться пересмотра дела.

Все факты, приведённые в материале, основаны на официальных заявлениях прокуратуры Москвы и данных следствия из открытых источников. Виновность Елизаветы Батюты не установлена и не может считаться доказанной до вынесения и вступления в законную силу соответствующего судебного акта.

Материал подготовлен на основе официальных сообщений прокуратуры Москвы, публикаций РАПСИ, РБК, «Коммерсанта», Lenta.ru, «Вести.ru», ИЗ.ру, агентства городских новостей «Москва», а также открытых редакций Уголовного кодекса РФ (ст. 174, 174.1) и общедоступных юридических обзоров судебной практики по делам о легализации доходов. Все факты изложены в соответствии с принципом презумпции невиновности.

Раннее утро 30 июня 2026 года началось для владельца холдинга «Реал-Инвест» 62-летнего Льва Тарабарина с визита сотрудников правоохранительных органов — обыски прошли одновременно по двум адресам: в жилище предпринимателя и в головном офисе его компании на нижегородской улице Новой. 

Мы провели журналистское расследование, проанализировали доступные источники — публикации профильных Telegram-каналов, материалы федеральных и региональных редакций, а также сведения из открытых реестров ФНС и судебных баз данных, — чтобы понять, какой путь прошел бизнесмен от инженера советского НТТМ до владельца одного из крупнейших топливных холдингов региона. Отдельно отметим: следствие пока не раскрыло ни суть предъявляемых претензий, ни процессуальный статус самого Тарабарина, поэтому весь материал строится строго на принципе презумпции невиновности и не содержит обвинительных формулировок.

Обстоятельства визита силовиков

Первым о происходящем сообщил Telegram-канал Baza: по его данным, оперативники работали параллельно в двух точках — в кабинетах руководства группы компаний «Реал-Инвест» и на жилплощади самого предпринимателя. Эту информацию впоследствии продублировали каналы SHOT и LIFE, а также подхватили нижегородские интернет-издания, включая НН.ру и «АиФ-НН».

Комментариев от пресс-служб силовых структур на момент выхода материала не поступало. Журналистам, пытавшимся дозвониться до приемной холдинга, ответить не смогли — телефон компании молчал, недоступен оказался и личный номер бизнесмена.

Относительно того, что именно интересует следствие, в публикациях фигурируют неподтвержденные и разнящиеся версии. Собеседник издания НН.ру, знакомый с материалами дела, указал, что проверка ведется в рамках уголовного производства по статье о мошенничестве. Параллельно распространялась и другая версия — о возможной связи проверки с деятельностью Чуварлейского карьера по добыче песка, входящего в холдинг: якобы следствие проверяет, не превысили ли разработчики границы участка, выделенного под недропользование. 

Ни одна из этих версий официального подтверждения пока не получила. Представители компании, в свою очередь, склонны трактовать происходящее как результат действий недоброжелателей и конкурентов, стремящихся навредить деловой репутации холдинга, — впрочем, эта позиция также остается лишь точкой зрения одной из сторон, а не установленным фактом.

Путь от техникума до собственного холдинга

Лев Иванович Тарабарин появился на свет 21 июля 1963 года в Мурманской области. Как указано на корпоративном сайте «Реал-Инвеста» и в материалах делового портала DK.RU, школьные годы и обучение в горном техникуме прошли в Кировске, после чего последовала армейская служба — по некоторым данным, в качестве специалиста-шифровальщика.

Демобилизовавшись, будущий предприниматель обосновался в Нижегородской области, носившей тогда название Горьковской, и получил педагогическое образование, выучившись на преподавателя истории и обществознания. С 1988-го по 1993 год он занимал должность инженера первой категории в городском Центре научно-технического творчества молодежи Горького, а затем в течение нескольких лет работал заместителем гендиректора фирмы «Ника», торговавшей железобетонными конструкциями.

Собственное дело Тарабарин начал развивать в конце девяностых. По данным ЕГРЮЛ, регистрация ЗАО «Реал-Инвест» состоялась 15 ноября 1999 года, и с тех пор бизнесмен неизменно занимает пост генерального директора и фактического владельца компании.

Масштаб холдинга

За четверть века «Реал-Инвест» превратился в одного из ведущих региональных игроков рынка сжиженных углеводородных газов. Согласно информации самой компании, в структуру группы входят свыше тридцати автомобильных газозаправочных и заправочных станций, расположенных не только в Нижегородской, но и в Московской, Владимирской областях, а также в Мордовии и Марий Эл. Помимо сети АГЗС, холдингу принадлежат завод по выпуску газгольдеров, производственные мощности по утилизации дымогарных газов и изготовлению сухого льда и углекислоты, технопарк в Балахнинском округе, а также объекты, занятые обращением с отходами, — в том числе полигоны твердых коммунальных отходов.

По открытым данным ФНС, отраженным в сервисе «РБК Компании», выручка ЗАО «Реал-Инвест» за 2023 год достигла примерно 2,57 млрд рублей, а чистая прибыль составила около 47,2 млн рублей. Штат сотрудников превышает четыре сотни человек, что делает холдинг заметным работодателем региона. Кроме основной структуры, Тарабарин учредил и возглавляет ряд других юрлиц, среди которых «Технопарк Реал-Инвест» и организации, связанные с добычей нерудных полезных ископаемых.

Бизнесмен неоднократно заявлял о крупных инвестиционных планах: например, в 2014 году он анонсировал строительство завода OSB-плит в Балахнинском районе стоимостью около 11 млрд рублей, а годом ранее довел свою долю в ООО «Балахнинская ТЭЦ-1» до 100%, объясняя это стремлением обеспечить энергетическую независимость производственных площадок холдинга, включая приобретенную им ранее «Чернораменскую птицефабрику».

Громкие сюжеты прошлых лет

На протяжении многих лет имя предпринимателя всплывало в региональной прессе в связи с несколькими заметными историями. Одна из них касается двух полигонов ТКО в Балахнинском районе, построенных на условиях концессии с оператором «Ситиматик-НН». В 2021 году шестеро местных жителей обратились в суд с требованием закрыть эти объекты, аргументируя это потенциальным ущербом для экологии и здоровья населения. Некоторые нижегородские СМИ высказывали предположение, что за иском стоял интерес самого Тарабарина, однако это оставалось лишь версией журналистов, а не подтвержденным фактом; итогом разбирательства стал отказ суда удовлетворить требования истцов.

Другая история развернулась в 2024 году вокруг патриотического Telegram-канала «Телестрим» с аудиторией свыше 80 тысяч подписчиков. Судебный спор возник между Тарабариным и волонтером специальной военной операции Олегом Улановым, работавшим на тот момент в компании «Рубитекс» из структуры «Реал-Инвеста». Предприниматель настаивал, что канал создавался как корпоративный проект по его распоряжению. По информации «Коммерсанта», суд принял решение в пользу Тарабарина. Позже Уланов заявил, что процесс шел без его личного участия, поскольку в тот период он находился в зоне СВО, и направил обращения в Следственный комитет, ФСБ и Генпрокуратуру, после чего в отношении районной службы судебных приставов инициировали внутреннюю проверку. Чем завершилась эта проверка, публично не сообщалось.

Отдельный эпизод связан с претензиями Росприроднадзора. В марте 2026 года ведомство направило нескольким мусороперерабатывающим предприятиям холдинга счет почти на 700 млн рублей за недоплаченные экологические платежи, возникшие, по объяснению самого бизнесмена, из-за ошибки в отчетной документации. Тарабарин публично признал допущенную неточность, однако выразил недоумение тем, что ведомство, зная о нарушении, на протяжении нескольких лет не уведомляло об этом компанию, а затем выставило требование с начисленными штрафами и процентами, назвав такое наказание непропорциональным допущенной оплошности.

Позиция холдинга и параллели с другими делами

По сведениям НН.ру, источники, близкие к руководству компании, склонны объяснять нынешние обыски давлением со стороны конкурентов, называя происходящее попыткой пошатнуть инвестиционную привлекательность региона. Эта точка зрения отражает исключительно позицию стороны, связанной с холдингом, и не может считаться установленным обстоятельством вплоть до появления официальных разъяснений следствия.

Показательно, что обыски у видных региональных бизнесменов в последние недели проходили не только в Нижегородской области. В июне 2026 года был задержан петербургский предприниматель Илья Трабер — его проверяют по делу об организации убийства депутата и бизнесмена Александра Петрова, произошедшего в 2020 году. Эти два дела никак не связаны друг с другом, однако оба свидетельствуют о том, что внимание правоохранителей к деятельности крупного регионального бизнеса в последнее время заметно выросло.

Что известно на данный момент

К моменту публикации официальных данных о результатах прошедших обысков, возможных обвинениях или процессуальном статусе Льва Тарабарина не появилось. Следственные органы не подтверждали и не опровергали версии о содержании уголовного дела, которые распространяются в СМИ и Telegram-каналах. Согласно принципу презумпции невиновности, любые догадки о возможной причастности бизнесмена к нарушениям остаются лишь предположениями до вынесения официальных процессуальных решений.

Редакция продолжает следить за развитием ситуации и обновит материал по мере поступления новых сведений из официальных источников.

Материал подготовлен на основе сообщений Telegram-каналов Baza, SHOT и LIFE, публикаций «Вечерней Москвы», Lenta.ru, RT на русском, «Интерфакс-Поволжье», НН.ру, «АиФ-Нижний Новгород», «Коммерсанта», РБК Компании, а также открытых данных реестров ФНС России (ЕГРЮЛ) и системы «СПАРК-Интерфакс». Все факты изложены в соответствии с принципом презумпции невиновности.

Московский суд вынес приговор по одному из наиболее резонансных политических дел последних месяцев

Столичный суд завершил рассмотрение дела Максима Круглова — функционера либеральной партии «Яблоко», занимающего в ней пост заместителя председателя, и бывшего депутата Московской городской думы. Разбирательство привлекло широкое общественное внимание: в ходе процесса в зале суда регулярно присутствовали журналисты, коллеги по партии и дипломаты иностранных государств. Редакция изучила материалы открытых заседаний, публичные заявления участников процесса, данные доступных реестров и суммировала всё, что удалось установить.

Судья Элина Бабаянц признала Круглова виновным по пункту «д» части 2 статьи 207.3 Уголовного кодекса Российской Федерации и определила ему наказание в виде семи лет лишения свободы в колонии общего режима. Дополнительно суд ввёл трёхлетний запрет на администрирование интернет-ресурсов. Сам осуждённый свою вину отрицает; защита намерена оспорить вынесенное решение в апелляционной инстанции.

Как развивалось дело

Уголовное преследование Круглова связано с двумя публикациями в его персональном Telegram-канале, датированными апрелем 2022 года. В этих текстах речь шла о событиях в Буче и гибели гражданского населения на территории Украины. Следствие пришло к выводу, что размещённые материалы содержали заведомо ложные сведения о действиях Вооружённых сил России, и квалифицировало их по соответствующей статье Уголовного кодекса.

Статья 207.3 УК РФ, по которой рассматривалось дело, появилась в российском законодательстве в марте 2022 года — практически одновременно с началом военной операции. Вторая часть статьи предусматривает максимальное наказание в виде десяти лет заключения. С момента введения нормы она неоднократно становилась предметом правовых дискуссий: часть юридического сообщества указывает на принципиальную сложность разграничения заведомо ложных утверждений и добросовестных оценок в условиях острого информационного противостояния, когда официальные и альтернативные версии одних и тех же событий расходятся кардинально.

Уголовное дело было возбуждено в 2022 году, однако судебный процесс растянулся на длительное время. На протяжении всего разбирательства Круглов оставался под стражей. Его партийный и депутатский статус придавал делу особое измерение: «Яблоко» — одна из немногих либеральных партий, сохранивших в России официальную регистрацию, а сам Круглов занимал в её иерархии одну из ключевых должностей. В период работы в Московской городской думе он, по собственным словам, регулярно вёл приёмы граждан, в том числе действующих военнослужащих, и оказывал им практическую помощь.

Что происходило в зале суда

Сторона обвинения представила двух свидетелей — 25-летнего сотрудника ГБУ «Жилищник» Валерия Сомова и 23-летнюю безработную Алину Матвееву.

Сомов сообщил суду, что по личной инициативе отслеживал публикации, которые сам характеризовал как оппозиционные. По его словам, весной или летом 2025 года в центре Москвы к нему обратился сотрудник ФСБ с вопросом о знакомстве с Кругловым; после этого свидетель был вызван на Лубянку для дачи показаний. В суде Сомов охарактеризовал публикации в Telegram-канале Круглова как аморальные и усмотрел в них признаки дискредитации государственных органов. Защита поставила под сомнение как обстоятельства знакомства свидетеля с материалами канала, так и логику его последующих контактов с силовыми структурами.

Показания второго свидетеля — Алины Матвеевой — также легли в основу обвинения, хотя в ходе судебных слушаний её роль в деле была менее заметной публично. Оба свидетеля выступали со стороны обвинения, и оба были допрошены защитой в рамках перекрёстного допроса.

Позиция защиты

На протяжении всего судебного процесса Круглов отрицал предъявленные обвинения. В своих выступлениях он указывал, что публикации в его канале опирались на конкретные источники, не содержали категоричных однозначных утверждений и не были направлены против военнослужащих. По его словам, неприязни к людям в погонах он не испытывал и, напротив, неоднократно им помогал в ходе депутатской работы.

Адвокат Сергей Бадамшин дал однозначную оценку приговору в комментарии «Газете.Ru», назвав его незаконным, необоснованным и немотивированным, и подтвердил намерение подать апелляционную жалобу. Используемые формулировки стандартны для апелляционной практики, однако их публичное произнесение подчёркивает принципиальность позиции защиты.

Примечательна и арифметика назначенного наказания: прокуратура запрашивала восемь лет лишения свободы — суд определил срок на год меньше. Это обстоятельство не изменило принципиального отношения защиты к исходу дела, однако зафиксировало расхождение между позицией обвинения и итоговым решением суда.

Последнее слово

Наибольший общественный резонанс вызвало финальное обращение Круглова к суду, продолжавшееся около пятидесяти минут. Слушание проходило в открытом режиме; среди присутствовавших в зале были однопартийцы осуждённого, его родственники и друзья, а также дипломатические представители пяти европейских государств — Ирландии, Франции, Нидерландов, Польши и Чехии.

В своём выступлении Круглов поблагодарил суд за открытость разбирательства, позволившую ему ощутить поддержку близких и коллег. Движущей силой всей своей профессиональной деятельности он назвал любовь к стране и стремление к тому, чтобы Россия стала мирным, демократическим государством, в котором соблюдаются права человека и ценится человеческое достоинство. Именно этим ориентиром, по его словам, определялась вся его работа — и именно с ним он связывает своё нынешнее положение.

Подсудимый обозначил, что считает саму норму о фейках об армии репрессивной и не признаёт факта нарушения закона. Единственный тезис обвинения, с которым он согласился, — констатация его длительного несогласия с официальной позицией. Приписанный же ему мотив политической ненависти, по его оценке, не подкреплён никакими доказательствами.

Своё дело Круглов вписал в более широкий контекст, выразив убеждение, что уголовное преследование за инакомыслие свидетельствует о принципиальном сдвиге в логике функционирования политической системы страны. Он указал на опасность ситуации, при которой несогласие с позицией государственных органов фактически приравнивается к противоправному поведению, и призвал не уничтожать политических оппонентов, составляющих неотъемлемую часть общества.

В финале речи Круглов обратился к тем, кто, по его предположению, может прийти к власти в будущем: он призвал признать уроки нынешнего времени, с уважением относиться к оппонентам и выстроить такой политический баланс, при котором разнообразие взглядов воспринималось бы как ресурс, а не угроза. Именно в этом равновесии, по его словам, — суть и нераскрытый потенциал России. Своё последнее слово он завершил образом будущего, в котором сможет наблюдать, как растёт его дочь.

Узнав об оглашении приговора, Круглов пожелал судье всего наилучшего.

Правовой контекст

Статья 207.3 УК РФ вступила в силу в начале марта 2022 года. С тех пор, по данным правозащитных структур, на её основании или по смежным нормам были возбуждены сотни дел в отношении граждан, публично высказывавшихся о ходе военной операции.

Критики нормы — в том числе российские юристы и международные правовые организации — обращают внимание на концептуальную проблему: в условиях острого информационного противостояния, когда официальные и независимые источники описывают одни и те же события диаметрально противоположным образом, доказать заведомую ложность тех или иных утверждений крайне затруднительно. Сторонники нормы, в свою очередь, указывают на необходимость защиты информационного пространства в условиях вооружённого конфликта.

Приговор Круглову выделяется на фоне других дел по той же статье сразу по нескольким параметрам. Во-первых, должностной статус осуждённого: действующий заместитель председателя легально зарегистрированной политической партии — фигура исключительная для подобных дел. Во-вторых, назначенный срок. По данным «Мемориала» и ОВД-Инфо, в 2022–2024 годах значительная часть приговоров по статье 207.3 предусматривала условные сроки или штрафы; однако в последнее время в отношении публичных фигур прослеживается устойчивая тенденция к назначению реального лишения свободы — и дело Круглова вписывается именно в эту логику.

Международное измерение

Присутствие дипломатов пяти европейских стран в зале суда стало самостоятельным информационным поводом. Мониторинг судебных процессов над публичными фигурами практикуется западными дипломатическими миссиями в России как инструмент наблюдения за состоянием верховенства права. Сам факт участия представителей Ирландии, Франции, Нидерландов, Польши и Чехии в открытом заседании был замечен как российскими, так и зарубежными наблюдателями.

После исключения России из Совета Европы в марте 2022 года российские граждане утратили возможность обращаться в Европейский суд по правам человека. По оценкам наблюдателей, дело Круглова, тем не менее, может привлечь внимание профильных структур ООН, занимающихся мониторингом ситуации в сфере прав человека и свободы слова.

«Яблоко»: партия под давлением

«Яблоко» — одна из старейших либеральных политических организаций России, основанная в 1993 году. В 1990-е и начале 2000-х партия была представлена в Государственной думе, однако с 2003 года не преодолевает федеральный парламентский барьер. При этом она сохраняет официальную регистрацию и региональную структуру, продолжая позиционировать себя как легальную оппозиционную силу.

Уголовное осуждение заместителя председателя партии по статье, связанной с высказываниями об армии, не имеет прецедентов в современной истории «Яблока». Руководство партии публично заявляло о поддержке Круглова в ходе процесса. Это дело ставит перед организацией непростой институциональный вопрос: как сохранять легальный статус и одновременно поддерживать своих членов, оказывающихся под уголовным преследованием за публичные высказывания.

После оглашения приговора

Адвокат Бадамшин подтвердил, что защита намерена подать апелляционную жалобу в установленные законом сроки. Сам Круглов отреагировал на решение суда подчёркнуто спокойно. Приговор вступит в законную силу после рассмотрения апелляции — до этого момента решение суда первой инстанции не является окончательным.

Дело Круглова вписывается в более широкую дискуссию о границах допустимого высказывания в условиях вооружённого конфликта — дискуссию, которая ведётся не только в России, но и в других странах, сталкивавшихся с похожими обстоятельствами. Вопрос о том, где проходит черта между свободой слова, добросовестным заблуждением и намеренной дезинформацией, остаётся предметом споров среди правоведов, журналистов и политиков по всему миру. Российское законодательство даёт на него конкретный ответ применительно к информации о Вооружённых силах; содержательная дискуссия о природе этого ответа, судя по всему, ещё продолжается.

Материал подготовлен на основе сообщений «Газеты.Ru», ТАСС, «Ведомостей», РБК, «Коммерсанта», а также открытых материалов судебных заседаний и публичных заявлений сторон. Все факты изложены в соответствии с принципом презумпции невиновности. Приговор не вступил в законную силу и будет обжалован защитой.

Многолетнее расследование о хищениях в дорожной отрасли Челябинской области дошло до первого судебного решения. 23 июня 2026 года Советский районный суд Челябинска огласил приговор Екатерине Краснихиной — бывшему заместителю директора по правовым вопросам московского филиала АО «Южуралмост». 

Мы провели журналистское расследование, проанализировали доступные источники — сообщения объединённой пресс-службы судов Челябинской области, профильные публикации региональных и федеральных редакций, а также открытые материалы Федеральной антимонопольной службы, — и собрали в одном материале полную картину происходящего: от деталей самого приговора до текущего статуса остальных участников громкого дела. 

Сразу оговоримся: решение суда по Краснихиной в законную силу не вступило и может быть оспорено, а в отношении большинства других фигурантов, упомянутых далее, расследование или судебный процесс не завершены — поэтому изложение строится строго на принципе презумпции невиновности.

Кто фигурант дела

Екатерина Краснихина — выходец из юридической практики, связанной с бизнес-структурами семьи предпринимателя Геннадия Вильшенко, бывшего сотрудника УФСБ по Златоусту, ранее владевшего активами в дорожном строительстве и золотодобыче. На разных этапах карьеры она занимала должности в подконтрольных Вильшенко компаниях, а к моменту задержания, по данным СМИ, работала заместителем директора по правовым вопросам московского филиала АО «Южуралмост» — крупнейшего дорожного подрядчика региона в период губернаторства Бориса Дубровского. Сама Краснихина была задержана в феврале 2025 года в числе первой группы фигурантов дела, однако в отличие от ряда других подозреваемых ей сразу была избрана более мягкая мера пресечения, а позднее она пошла на сотрудничество со следствием.

Итог процесса: срок есть, но он отложен

Суд квалифицировал действия Краснихиной по части 4 статьи 160 Уголовного кодекса — растрата, совершённая организованной группой либо в особо крупном размере. Установлено, что, занимая должность в правовом подразделении московского филиала «Южуралмоста», она была причастна к выводу свыше 263 млн рублей из бюджета, предназначенного для ремонта, строительства и реконструкции автодорог регионального и межмуниципального значения, а также мостов в Челябинской области.

Назначенное наказание — четыре с половиной года колонии общего режима плюс штраф в полмиллиона рублей. Однако реальное отбывание срока отложено: осуждённая окажется в колонии лишь тогда, когда её ребёнку исполнится 14 лет, а до этого момента будет находиться на свободе на условиях, близких к подписке о невыезде. Параллельно суд удовлетворил гражданский иск регионального министерства дорожного хозяйства и транспорта, взыскав с неё 263 971 390 рублей — полную сумму причинённого ущерба. Журналисты, присутствовавшие на заседании, также сообщали об аресте принадлежащего ей автомобиля Mercedes-Benz и валютных средств на счёте — порядка 22 тысяч долларов.

Прокурор, по информации с процесса, настаивал на четырёхлетнем сроке заключения. Сторона защиты в свою очередь апеллировала к полному признанию вины, статусу единственного родителя, воспитывающего несовершеннолетних детей, положительным характеристикам и фактам благотворительной помощи, в том числе в адрес фондов, работающих с участниками СВО. На оглашении приговора, по данным изданий, присутствовал лишь один из двух адвокатов осуждённой.

Механизм хищений, описанный судом

В судебном решении схема выглядит следующим образом: организованная группа искусственно завышала начальную максимальную цену госконтрактов на дорожные работы за счёт включения в неё резервов на «непредвиденные работы и затраты». Одновременно региональный миндортранс обеспечивал такой порядок проведения конкурентных процедур, при котором сторонние участники либо не допускались к торгам, либо исключались из их числа уже на стадии конкурса. 

В итоге заказы достигали ограниченного круга подрядчиков — главным образом ЗАО «Южуралавтобан» и АО «Южуралмост»; по подсчётам ФАС России, в 2015–2018 годах эти компании получали свыше 90% всех дорожных госконтрактов региона. Заложенный в цену резерв впоследствии, по версии следствия, обращался в похищенные средства через расчётные счета этих же подрядных организаций.

Признание вины и заключённое со следствием досудебное соглашение о сотрудничестве сыграли решающую роль в итоговой мягкости приговора: именно в обмен на показания против других участников схемы — включая бывшего главу региона — Краснихина получила отсрочку реального лишения свободы. 

Институт досудебного соглашения регулируется главой 40.1 Уголовно-процессуального кодекса РФ и предполагает, что подсудимый обязуется содействовать раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников, розыску имущества — в обмен на это суд при назначении наказания вправе применить более мягкие правила, чем предусмотрены санкцией статьи.

Бывший губернатор: уголовное дело без задержания

Показания Краснихиной, по данным изданий со ссылкой на гособвинителя, стали основанием для возбуждения отдельного уголовного дела о взятке в отношении экс-губернатора Челябинской области Бориса Дубровского, руководившего регионом с 2014 по март 2019 года. Дело возбуждено по части 6 статьи 290 УК РФ: следствие полагает, что через посредников он мог получить около 34 млн рублей ещё в ноябре 2016 года от лиц, связанных с дорожным бизнесом. По версии следствия, основанной на показаниях Краснихиной, средства были обналичены со счетов подконтрольных Вильшенко структур, а затем переданы женщине, которую СМИ ранее называли близкой Дубровскому. Далее, как утверждается, эта сумма была оформлена через договор займа на счёт одной из коммерческих организаций — формально как заёмные средства, без цели их реального возврата. Человек, которого следствие считает посредником в передаче этой суммы, проходит по эпизоду о даче взятки по части 5 статьи 291 УК РФ.

Важная оговорка: ни сама передача денег, ни причастность к ней Дубровского судом не установлены и не подтверждены им публично — на данном этапе это лишь версия следствия, основанная на показаниях другого фигуранта дела. К тому же возможности задержать экс-губернатора у силовиков пока нет: по сведениям СМИ, в августе 2025 года он был объявлен в розыск по более масштабному делу о растрате при заключении дорожных контрактов на сумму, которую отдельные издания оценивали в десятки миллиардов рублей, и, предположительно, находится за границей. Его попытка обжаловать сам факт объявления в розыск результата не принесла — суд отклонил соответствующую жалобу.

Любопытная деталь из более ранней истории вопроса: ещё в 2019 году ФАС России выявила в действиях регионального миндортранса, тогдашнего губернатора и АО «Южуралмост» признаки антиконкурентного соглашения, ограничивавшего конкуренцию на дорожном рынке области. По оценке антимонопольного ведомства, итогом таких соглашений стало фактическое закрепление за одним подрядчиком статуса монополиста на дорожные госзаказы региона. Тогда дело ограничилось административными выводами ведомства — уголовное преследование по фактам растраты бюджета началось значительно позже, после серии задержаний в конце 2024-го и начале 2025 года.

Остальные участники дела: кто где находится сейчас

Расследование изначально охватывало гораздо более широкий круг лиц, чем одна Краснихина. В феврале 2025 года сотрудники ФСБ задержали действующего на тот момент министра дорожного хозяйства и транспорта региона Алексея Нечаева, его предшественника на этой должности Дмитрия Микулика, а также экс-руководителей ЗАО «Южуралавтобан» Константина Зарипова и Александра Зырянова. 

Всех четверых этапировали в Москву, где Мещанский районный суд заключил их под стражу. Следствие оценивает общий объём заключённых группой госконтрактов на дорожные работы в более чем 30 млрд рублей, а сумму выведенных через подконтрольные юрлица средств — в свыше 2,9 млрд рублей. Обвинение всем четверым предъявлено по той же части 4 статьи 160 УК РФ, что и Краснихиной; виновность ни одного из них судом пока не установлена.

Осенью 2025 года появились сообщения о признании вины Нечаевым и о смягчении ему меры пресечения до домашнего арреста: он проживает в съёмном московском жилье под постоянным контролем, с ограничениями на передвижение и связь. В ноябре того же года он лишился должности министра. Его дело, по информации СМИ, выделено в отдельное производство для передачи в Советский районный суд Челябинска. Микулик, Зарипов и Зырянов, насколько можно судить по доступным данным, оставались в следственном изоляторе по крайней мере до начала 2026 года — суд несколько раз продлевал им меру пресечения.

Среди фигуранток дела — Анна Курьянова, прежде возглавлявшая правовое управление регионального миндортранса: ей, по сообщениям СМИ, также избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Директору ОГКУ «Челябинскавтодор» Наталье Чесноковой назначена более мягкая мера — запрет определённых действий. По делу проходил и бывший директор ЗАО «Южуралавтобан» Константин Жаботинский, однако после допроса его статус был изменён на свидетельский, и он был отпущен. Все названные лица, как и в случае с другими фигурантами, остаются невиновными в глазах закона до вступления в силу обвинительного приговора, если таковой будет вынесен.

Весной 2025 года в орбиту следствия попали и сотрудники правового блока миндортранса: первый заместитель начальника правового управления Станислав Куликов, его предшественник на этом посту Алексей Плюта и занимавшая на тот момент должность замначальника управления Ирина Клементьева. Ещё раньше под подозрение попал первый замминистра Станислав Харченко — его дело, по данным изданий, рассматривается отдельно и касается обвинений во взяточничестве, связанных, по версии следствия, с подрядчиками ООО «Уралдорстрой» и ООО ПКФ «Глобус».

На протяжении 2025–2026 годов список причастных к различным эпизодам «дорожного дела» региона продолжал расширяться. В марте 2025 года силовики провели обыски в областном Фонде капитального ремонта, после чего был задержан руководитель учреждения Виктор Тихоненко. В начале июня 2026 года сообщалось о задержании главного инженера отдела транспортной безопасности миндортранса по подозрению в получении взятки — вместе с ним был арестован руководитель подрядной организации, которая по контракту должна была обеспечивать охрану мостовых сооружений в регионе. По подсчётам отдельных изданий, с конца 2024 года сотрудники ФСБ задержали не менее десяти действующих и бывших сотрудников областного миндортранса и подведомственных ему организаций. Ни один из перечисленных эпизодов на момент выхода материала не завершён обвинительным приговором.

Что дальше

С юридической точки зрения приговор Краснихиной — первое окончательное (хотя пока и не вступившее в силу) решение в рамках масштабного расследования, начатого силовиками в конце 2024 года. Его относительная мягкость объясняется не характером самого обвинения, а процессуальным механизмом — досудебным соглашением о сотрудничестве, применяемым к тем фигурантам, кто соглашается содействовать раскрытию преступления и даёт показания на других участников схемы.

Поскольку решение суда не вступило в законную силу, у сторон процесса остаётся право на апелляцию в Челябинском областном суде в установленный законом срок. Тем временем продолжаются разбирательства по остальным эпизодам — в отношении бывших министров, руководителей подрядных организаций, сотрудников правового управления миндортранса и находящегося в розыске экс-губернатора. По делу, по данным СМИ, уже назначены и проведены десятки судебных экспертиз — почерковедческих, бухгалтерских и финансово-аналитических, — а нескольким фигурантам, как сообщалось, могут предъявить дополнительные обвинения по итогам следственных действий. Дальнейший ход событий, судя по доступным данным, будет зависеть от темпов рассмотрения выделенных в отдельные производства дел и результатов этих экспертиз.

Материал подготовлен на основе сообщений объединённой пресс-службы судов Челябинской области, агентств ТАСС, «Интерфакс» и «Урал-пресс-информ», изданий «Российская газета», 74.ru, URA.RU, ФедералПресс, ЕАН и «Доступ», а также открытых решений Федеральной антимонопольной службы. Все факты изложены в соответствии с принципом презумпции невиновности; приговор в отношении Е. Краснихиной не вступил в законную силу и может быть изменён или отменён в апелляционном порядке.

В Тольятти продолжается рассмотрение резонансного дела, затрагивающего интересы почти тысячи человек, многие из которых находятся в преклонном возрасте. Мы провели журналистское расследование, проанализировали доступные источники, материалы судебных заседаний и комментарии участников процесса, чтобы изложить хронологию событий максимально взвешенно, не делая преждевременных выводов о виновности кого-либо из фигурантов. В центре истории — судьба порядка 300 миллионов рублей, вложенных в кредитный потребительский кооператив (КПК) «Доходный дом».

Как все начиналось

Кооператив был зарегистрирован в Тольятти в 2017 году. Среди его учредителей значились семь физических лиц и одна коммерческая структура. Принцип работы организации был типичным для подобных объединений: участники вносили личные средства в общий фонд, из которого впоследствии выдавались займы под проценты, превышающие условия классических банковских вкладов. На фоне устойчивого спроса на альтернативные финансовые инструменты проект развивался динамично — помимо центрального офиса появились представительства в Сызрани и Жигулевске, а часть договоров заключалась с жителями соседних регионов.

Передача управления

Спустя два года после основания произошла смена руководства: первый председатель кооператива принял решение покинуть пост. Кандидатура его преемника — человека с опытом работы в правоохранительной системе — была вынесена на общее собрание пайщиков и утверждена. По собственным словам нового руководителя, занятие должности было сопряжено с финансовыми обязательствами по выкупу бизнеса и компенсации затрат прежнему руководству.

Любопытная деталь: незадолго до этих кадровых изменений деятельность КПК становилась объектом проверки со стороны прокуратуры Центрального района Тольятти. По итогам проверки, завершившейся в июне 2019 года, нарушений выявлено не было — аналогичную позицию заняла и внутренняя ревизионная комиссия организации.

Тревожный сигнал извне

Поворотным моментом стало появление в федеральной повестке информации о проблемах другого кредитного кооператива — «Вкусно и сытно», работавшего по похожей схеме. Эта новость спровоцировала волну беспокойства среди пайщиков по всей стране, в том числе и в «Доходном доме»: люди стали массово забирать вложенные средства, тогда как объем новых поступлений резко сократился, что создало серьезную нагрузку на финансовую модель кооператива.

По имеющимся данным, новое руководство организации в этот период занималось взысканием задолженностей с заемщиков через судебные инстанции. В процессе этой работы, как утверждается, обнаружились признаки того, что часть кредитных договоров была оформлена с использованием подставных лиц, не осведомленных о реальном движении средств по открытым на их имена счетам. Информация об этом была передана в правоохранительные органы, что повлекло возбуждение уголовного дела — изначально по статье о мошенничестве, впоследствии переквалифицированной на статью об организации незаконной деятельности по привлечению денежных средств граждан.

Собрание пайщиков и обращение в надзорные органы

В январе 2020 года состоялось масштабное собрание с участием около 800 пайщиков, на котором были озвучены результаты внутреннего аудита. По итогам встречи участники делегировали одному из представителей полномочия по защите коллективных интересов, а в адрес прокуратуры Самарской области было направлено совместное обращение.

Две версии судьбы средств

В 2021 году в рамках расследования на ряд активов были наложены обеспечительные меры — речь шла о земельных участках, объектах недвижимости и нежилых помещениях. Согласно одной из версий следствия, существенная часть денежных средств не была выведена из кооператива в чистом виде, а оказалась израсходована на текущую деятельность и развитие самой организации. Эта версия пока не получила окончательной правовой оценки — судебный процесс продолжается, и финальные выводы относительно действий всех участников событий остаются прерогативой суда.

В начале 2022 года из первоначального уголовного дела было выделено отдельное производство в отношении действовавшего на тот момент председателя кооператива, которому была избрана мера пресечения в виде домашнего ареста. Свою вину по предъявленному обвинению он не признал.

Альтернативный взгляд части пайщиков

Не все вкладчики поддерживают версию событий, изложенную вторым председателем. Часть инициативной группы придерживается мнения, что процедура его утверждения на должность могла сопровождаться отступлениями от устава кооператива — в частности, отсутствием необходимого кворума на общем собрании. Эта позиция неоднократно озвучивалась координатором инициативной группы и поднималась в ходе судебных слушаний. Подтвердить либо опровергнуть данные утверждения может исключительно суд после полного изучения всех материалов дела.

Параллельные судебные процессы

На текущий момент в производстве находятся два отдельных уголовных дела, связанных с разными периодами деятельности кооператива и разными лицами, занимавшими руководящие должности. Несмотря на неоднократные просьбы пайщиков объединить оба дела в одно производство, этого пока сделано не было — подобные процессуальные решения находятся в исключительной компетенции следственных и судебных органов.

Согласно данным, прозвучавшим на заседаниях, по первому делу проходят 468 потерпевших с совокупным ущербом порядка 129,6 млн рублей. По второму делу фигурируют 523 пайщика с заявленным ущербом около 122 млн рублей.

Цена ожидания

Расследование длится уже более трех лет, и за это время, по сведениям, озвученным в Автозаводском районном суде, ушли из жизни 18 человек из числа потерпевших. Для многих оставшихся участников процесса вложенные в кооператив средства составляли значительную часть личных накоплений, что делает затягивание сроков особенно болезненной темой.

Отдельно представители инициативной группы упоминали эпизоды, связанные со сбором небольших денежных сумм с отдельных пенсионеров — якобы на покрытие судебных издержек. По их словам, как минимум один из исков, поданных в этот период, был отклонен судом по формальным основаниям, а отчет о расходовании собранных средств предоставлен не был. Эти обстоятельства стали поводом для коллективного обращения в следственные органы и подлежат самостоятельной проверке — на данный момент они не являются установленным судом фактом.

Более широкий контекст

История «Доходного дома» вписывается в общую картину проблем, периодически возникающих в секторе кредитной кооперации в России. По данным Банка России, регулятор регулярно исключает из государственного реестра десятки КПК за несоблюдение требований по раскрытию информации и формированию обязательных резервных фондов. Финансовые эксперты обращают внимание, что в отличие от банковских вкладов, средства в кредитных кооперативах не защищены системой страхования вкладов — это структурная особенность самой организационно-правовой формы, а не показатель недобросовестности конкретного объединения.

Юристы, работающие с делами о защите прав вкладчиков, отмечают, что подобные процессы нередко затягиваются из-за большого числа потерпевших, необходимости проведения многочисленных финансовых экспертиз и сложностей с розыском активов, которые могли быть распределены через цепочки аффилированных юридических лиц.

Что дальше

По оценкам инициативной группы пайщиков, при сохранении нынешнего темпа заседаний — раз в одну-две недели с заслушиванием показаний группами по 10 человек — рассмотрение обоих дел может занять от полутора до двух лет. Часть вкладчиков сохраняет надежду, что арестованное имущество в дальнейшем будет реализовано в их пользу в рамках исполнительного производства — при условии вынесения соответствующих судебных решений.

Необходимо подчеркнуть: оба уголовных дела находятся на стадии судебного рассмотрения, и итоговые решения по ним пока не приняты. В соответствии со статьей 49 Конституции РФ, закрепляющей принцип презумпции невиновности, все упомянутые в материале лица считаются невиновными до тех пор, пока их вина не будет доказана в установленном законом порядке и подтверждена вступившим в силу приговором суда. Цель данного материала — информирование читателей о ходе общественно значимого дела и его последствиях для жителей Тольятти, без вынесения каких-либо оценок относительно действий конкретных лиц.

Материал подготовлен на основе сообщений ТАСС, «Ведомостей», РБК, «Коммерсанта», а также открытых данных из материалов судебных заседаний Автозаводского районного суда г. Тольятти и публичных комментариев участников процесса. Все факты изложены в соответствии с принципом презумпции невиновности.

Есть преступления, которые раскрываются стремительно — по горячим следам, в первые часы и сутки. Есть такие, где следователям приходится работать месяцами, выстраивая цепочку улик по крупицам. Но существует и особая категория дел — те, что годами хранятся в архивных папках с пометкой «приостановлено». Их в народе называют коротко и беспощадно: «висяки». 

Редакция провела журналистское расследование, проанализировала доступные источники — материалы судебных заседаний, региональные публикации, данные из открытых реестров и комментарии осведомлённых источников — и восстановила хронологию двух резонансных преступлений, которые более десяти лет назад потрясли Ульяновск и которые до сих пор не раскрыты в полной мере. Оба дела объединяет одно: исполнители известны или мертвы, а ключевые фигуры — заказчик в одном случае и убийца в другом — так и не были установлены и привлечены к ответственности.

«Красный» след, оборвавшийся на Волжском косогоре

Утром 30 апреля 2013 года топ-менеджер компании «Новый стандарт» Ирина Иштукова сообщила коллегам, что ненадолго уедет на деловую встречу. По свидетельствам сослуживцев, женщина всегда выглядела безупречно — ухоженная, уверенная в себе, предпочитавшая одежду насыщенных тонов, в первую очередь красного цвета. Она занимала заметное место в деловых кругах города и, по общим оценкам, была человеком исключительно собранным и профессиональным. С деловой встречи Ирина не вернулась.

Её автомобиль с открытой дверью обнаружили позднее в районе Среднего Венца — практически в центре Ульяновска. Обстоятельства указывали на похищение, совершённое среди бела дня. Это дело стало одним из первых резонансных для нового начальника Ульяновского УВД, вступившего в должность примерно в тот же период.

На протяжении 17 дней следователи, оперативники и сотрудники нескольких подразделений полиции методично прочёсывали регион. Параллельно жертва один раз вышла на связь с руководством: позвонила и потребовала перевести на её банковскую карту один миллион рублей в качестве выкупа. Деньги были переведены в течение часа. Однако это не изменило трагического исхода.

Развязка наступила, когда преступники совершили роковую ошибку: пришли снять деньги с карты Иштуковой через банкомат, расположенный в одном из торговых центров на Нижней Террасе. Операция по задержанию была подготовлена заранее. Около полуночи на Императорском мосту было остановлено такси. В машине находились братья Василий и Николай Ермаковы. При обыске в кармане одного из них обнаружили около 40 тысяч рублей наличными и банковскую карту, принадлежавшую Ирине Иштуковой. Там же были найдены медицинские маски и напальчники — предметы, которые братья использовали, чтобы не оставлять следов при работе с банкоматом. Ермаковы были задержаны по подозрению в похищении.

Показания, которые братья начали давать практически сразу, ошеломили следователей. По их версии, в день похищения женщину силой затолкали в машину, предварительно обмотав ей лицо и руки скотчем, после чего вывезли в заброшенный садовый домик на Волжском косогоре. Там на протяжении нескольких дней жертву подвергали жестокому насилию — физическому и сексуальному. Когда она была уже практически лишена возможности сопротивляться, её заставили позвонить работодателю и потребовать выкуп. Как только деньги поступили на карту, Ирина Иштукова была задушена. Тело спрятали под досками и землёй в том же садовом домике. Той же ночью братья сами указали следователям его местонахождение.

Дальнейшие события приобрели характер, который вызвал множество вопросов. Василий Ермаков заявил, что готов показать, куда выбросил вещи жертвы — якобы в мусорный бак на улице Локомотивной. Старший брат был доставлен туда в сопровождении нескольких оперативников. По официальной версии, находясь в наручниках, он предпринял попытку к бегству и был застрелен. Вещей Иштуковой на месте обнаружено не было. Совокупность этих обстоятельств — выбор нетипичной локации, гибель при странных условиях — стала предметом неоднократных обсуждений в экспертном и журналистском сообществе, однако официальной оценки в рамках отдельного расследования, насколько известно редакции, так и не получила.

На суде Николай Ермаков признал, что похищение носило заказной характер: кто-то нанял братьев для осуществления этого преступления. При этом осуждённый настаивал на том, что имя заказчика знал только старший брат, который унёс эту тайну с собой. Николай Ермаков был приговорён к 23 годам заключения в колонии строгого режима. По расчётам, в ближайшее время он может рассчитывать на освобождение по отбытии срока.

Дело о заказчике было выделено судом в отдельное производство, а впоследствии прекращено в связи с истечением срока давности. Установить и привлечь к уголовной ответственности лицо, предположительно организовавшее преступление, так и не удалось. Мотивы и личность возможного организатора официально остаются неизвестными. Следует подчеркнуть: все предположения и версии, циркулировавшие в публичном пространстве, не подкреплены процессуально установленными фактами и в данном материале не воспроизводятся.

Особняк на Кольцевой: преступление без подозреваемых

Второе дело, которое и сегодня значится в разряде нераскрытых, произошло примерно через год после первого. В июне 2014 года предприниматель Лев Гасанов, известный в Ульяновске в том числе по реализации ряда муниципальных проектов благоустройства, вернулся в свой коттедж на улице Кольцевой и обнаружил там тела своей супруги Людмилы и матери. Обе женщины были убиты. Характер телесных повреждений — множественные ножевые ранения, в том числе, по заключению экспертов, нанесённые уже после наступления смерти — указывал на крайнюю степень жестокости.

Кроме тел двух женщин, под кроватью была обнаружена мёртвая кошка, принадлежавшая Людмиле Гасановой. Животное также погибло от ножевых ранений. Этот факт следователи расценивали как косвенное свидетельство особого характера мотивации преступника: злоумышленник целенаправленно искал животное, что само по себе нетипично для ситуации внезапного нападения.

По словам Льва Гасанова, незадолго до трагедии семья отдыхала на принадлежащей ему рыбоводческой ферме близ Тушны — месте, которое хозяин называл «островами». Предполагалось, что выходные все проведут там, однако Людмила Гасанова неожиданно засобиралась в город, сославшись на запланированный поход в театр. Поскольку муж в тот момент не мог сесть за руль, её отвёз домой личный водитель. Как стало известно впоследствии, Людмила дважды звонила супругу по пути или уже из дома, но дозвониться не смогла: по неустановленной причине в тот период оба телефона Гасанова были отключены.

Обстоятельства проникновения в дом так и остались невыясненными. Следов взлома не обнаружено, что давало основания полагать: женщины сами открыли дверь тому, кто пришёл. Собака, жившая во дворе, не подняла тревоги — во всяком случае, соседи, чьи дома расположены на значительном расстоянии, ничего не слышали. Преступник или преступники не были засняты камерами наблюдения, которые к тому времени в этом районе фактически отсутствовали.

Следствие последовательно отрабатывало несколько версий: возможная связь с предпринимательской деятельностью Гасанова (в том числе — городские контракты на благоустройство), «привет из прошлого», личные конфликты, не связанные с бизнесом. Сам вдовец утверждал, что не имел деловых врагов. Тем не менее следователи тщательно изучили все периоды его биографии. Уголовное дело неоднократно передавалось на разные уровни следственной системы, однако, по имеющимся сведениям, так и не приблизилось к разрешению. Предполагаемый убийца официально не установлен; по косвенным данным, следствие склонялось к версии о единственном исполнителе.

Спустя несколько месяцев после гибели жены и матери Лев Гасанов уехал из России — по имеющимся сведениям, в Италию. Уголовное дело формально оставалось в производстве, однако публичной информации о каких-либо прорывах в расследовании не поступало ни через год, ни через пять лет, ни в более поздний период. Убийца женщин и домашнего животного так и не был установлен и привлечён к ответственности.

«Висяки» в системе координат: когда преступление остаётся безнаказанным

Оба ульяновских дела — не исключение в общей криминальной статистике. Они отражают системную проблему, с которой правоохранительные органы сталкиваются как в России, так и во всём мире.

По данным МВД России, к моменту создания Следственного комитета в стране насчитывалось свыше 80 тысяч нераскрытых убийств, накопленных за предшествующие десятилетия. Следственному комитету удалось сократить этот список примерно на 4 тысячи благодаря ревизии архивных дел, повторным экспертизам и использованию криминалистических баз данных, в том числе ДНК-учётов. В 2023 году в России было раскрыто более 47 тысяч преступлений прошлых лет, из них тяжких и особо тяжких — 14,7 тысячи; следствию удалось найти обвиняемых по 900 убийствам.

Официальный представитель МВД Ирина Волк сообщила, что раскрываемость убийств и покушений на убийство в России в первом полугодии 2023 года достигла исторического максимума — 99%. Однако криминологи и независимые аналитики обращают внимание на то, что столь высокий показатель во многом обусловлен особенностями методологии подсчёта: в статистику входят лишь те дела, по которым было возбуждено уголовное преследование, тогда как значительная часть нераскрытых преступлений прошлых лет, включая заказные убийства 1990–2000-х годов, продолжает оставаться за рамками этого показателя.

По данным на начало 2020-х годов, в России остаются нераскрытыми 52 серии убийств, включающие 212 преступлений. Реальный «тёмный» массив значительно шире: он включает единичные убийства, не объединённые в серии, в том числе заказные, где личность организатора так и не была установлена.

Нераскрытые преступления неизбежно становятся объектом общественного внимания, медийных обсуждений и городских легенд. Во многих странах на убийства не распространяется срок исковой давности, и такие дела могут расследоваться годами, десятилетиями, а иногда — дольше. Российское законодательство также не предусматривает срока давности для убийства при отягчающих обстоятельствах (часть 2 статьи 105 УК РФ): формально дела такого рода могут быть возобновлены в любой момент при появлении новых доказательств.

Именно это обстоятельство оставляет теоретическую возможность для того, что оба ульяновских дела — об организаторе убийства Иштуковой и об убийце семьи Гасановых — однажды могут получить разрешение. Технологии криминалистики не стоят на месте: ДНК-анализ, цифровые следы, деградация конспиративных связей среди причастных лиц — всё это создаёт предпосылки для раскрытия дел, казавшихся безнадёжными.

Что остаётся: вопросы без ответов

Оба дела объединяет не только география и временной диапазон — оба произошли в Ульяновске в 2013–2014 годах. Их объединяет и структурное сходство в части доказательной базы: в одном случае исполнители установлены, один из них мёртв, другой осуждён, однако заказчик официально не известен; в другом — нет ни исполнителя, ни заказчика, ни сколько-нибудь публично известной версии, которая была бы подтверждена процессуальными решениями.

Для семей погибших — Ирины Иштуковой и Людмилы с матерью Льва Гасанова — отсутствие полного правосудия означает незакрытую рану. Для правовой системы — незарубцевавшийся изъян. Для города, который помнит эти события, — напоминание о том, что даже самые громкие уголовные дела не гарантируют исчерпывающих ответов.

Следственный комитет и ульяновский уголовный розыск официально не закрывали ни одно из этих дел окончательно. Это означает, что, формально, оба расследования продолжаются. Насколько активно — неизвестно широкой публике.

Материал подготовлен на основе региональных публикаций портала 73online.ru, сведений из открытых судебных документов, сообщений ТАСС, «Ведомостей» и РБК об общей статистике нераскрытых преступлений в России, а также данных МВД РФ, находящихся в открытом доступе. Все факты изложены исключительно в соответствии с принципом презумпции невиновности. Редакция не располагает процессуально подтверждёнными сведениями о личности заказчика убийства Иштуковой или исполнителя убийства в особняке Гасанова и не делает в данном материале никаких обвинительных утверждений в отношении каких-либо лиц.

Россия переживает период, который специалисты в области права осторожно называют «волной имущественных изъятий». Судебные решения следуют одно за другим с такой частотой, что федеральные издания едва успевают их фиксировать. 

Мы провели журналистское расследование, проанализировали доступные источники — протоколы судебных заседаний, реестры юридических лиц, официальные пресс-релизы надзорных ведомств, материалы федеральных и региональных СМИ — и обнаружили картину, в которой фигурируют химические заводы и виноградники, земли под охраной ЮНЕСКО и личные храмы в поместьях, коллекции вин с ценниками, способными шокировать любого, кто знаком со средней российской зарплатой. Ниже — только то, что задокументировано судами и надзорными органами. Никаких оценок, только факты.

Футбол как финансовый инструмент

Среди дел, получивших наибольший общественный резонанс в начале 2026 года, выделяется история Андрея Коробки. С 2015 года он занимал должность вице-губернатора Краснодарского края, отвечая за агропромышленный сектор — один из ключевых для экономики региона.

Арест состоялся 7 апреля 2026 года. Следователи предъявили обвинение в мошенничестве и поместили чиновника в следственный изолятор. По версии следствия, денежные средства направлялись в подконтрольный ему футбольный клуб «Кубань» под видом добровольных пожертвований — за указанный период через клуб прошло, по материалам дела, более миллиарда рублей.

Обыск в поместье станицы Динской дал результаты, которые потом цитировали десятки изданий: следователи обнаружили семь миллионов евро, четыре миллиона долларов и тридцать один миллион рублей — всё наличными. Отдельной строкой в протоколах значились золотые слитки и ювелирные изделия. Примечательная деталь — на территории поместья располагался личный православный храм.

Суд по итогам рассмотрения гражданского иска Генеральной прокуратуры принял решение об изъятии 135 земельных участков совокупной площадью около 1 800 гектаров, 114 объектов недвижимости различного назначения, двенадцати коммерческих юридических лиц, а также прав аренды на 12 500 гектаров пашни. Общий объём фигурирующих в деле активов следствие оценивает в 10 миллиардов рублей.

Это дело потянуло за собой смежные производства. Ленинский районный суд Краснодара удовлетворил иск Генпрокуратуры в отношении депутатов Законодательного собрания края Сергея Фурсы и Алексея Сидюкова, которые, согласно материалам суда, вели совместную деятельность с арестованным чиновником. Десятого апреля государству отошло 81 коммерческое предприятие, более 130 земельных участков и свыше 350 объектов недвижимости. Суммарная оценочная стоимость изъятого — 81,5 миллиарда рублей.

Данные Единого государственного реестра юридических лиц дополняют картину: с именем депутата Сидюкова напрямую или через цепочки аффилированных структур связано более двадцати сельскохозяйственных предприятий Краснодарского края. В их числе — агрофирмы «Черноерковская», «Развилинское», «Калининская» и «Родина», три винодельческих хозяйства («Саук-Дере», «Мысхако», «Раевское»), зернопроизводящая компания «Овощевод» и маслодельное предприятие «Ахтырское».

Сочинский мэр и цена одной бутылки

Дело Алексея Копайгородского, руководившего Сочи с 2019 по 2024 год и прежде занимавшего кресло вице-губернатора края, производством началось ещё в 2024-м. Однако именно в январе 2026 года районный суд курортного города поставил в нём очередную процессуальную точку: по требованию Генеральной прокуратуры имущество было обращено в доход государства.

Цифры, которые фигурируют в материалах дела, наглядно иллюстрируют суть претензий надзорного органа. За десять лет государственной службы чиновник официально получил около 16,3 миллиона рублей. Одновременно на него, его супругу, тёщу, пасынка и личного юриста было зарегистрировано более пятидесяти объектов элитной недвижимости, пятнадцать земельных участков и десять дорогостоящих автомобилей.

При обысках следователи зафиксировали 62 миллиона рублей купюрами, 40 тысяч долларов наличными, а также ювелирные украшения с суммарной оценкой в 51 миллион рублей. Среди украшений выделялись кольцо с сапфиром стоимостью 13 миллионов рублей, кольцо с изумрудом за 11 миллионов и бриллиант весом в два карата. Однако наибольшее внимание общественности привлёк иной предмет из описи — единственная бутылка вина из обнаруженной коллекции, оценённая в 2 миллиона рублей. Для сравнения: среднемесячная зарплата в России в 2025 году, по данным Росстата, составляла порядка 89 тысяч рублей. Стоимость этой бутылки превышает суммарный заработок среднестатистического работника примерно за двадцать два месяца.

Предполагаемый ущерб от выявленных схем при проведении муниципальных закупок следствие оценивает в 1,6 миллиарда рублей.

Дорожная отрасль и 207 объектов недвижимости

Анатолий Вороновский прошёл путь от министра транспорта Краснодарского края до депутата Государственной думы. По версии следствия, именно в этот период — начиная приблизительно с 2016 года — в дорожной отрасли региона функционировала устойчивая система неформальных выплат: подрядные организации, получавшие государственные контракты, перечисляли вознаграждение в размере до десяти процентов от суммы договора, а также были обязаны приобретать топливо исключительно у определённых поставщиков.

По решению суда, вынесенному по гражданскому иску Генпрокуратуры, у Вороновского конфисковали девятнадцать предприятий, двести семь объектов недвижимости, средства на банковских счетах и доли в коммерческих структурах. Итоговая оценка изъятого составляет около двадцати миллиардов рублей. Сам бывший депутат находится под стражей и виновным себя не признаёт.

Химический завод, гражданство Кипра и пять орденов

Биография Виктора Круглова охватывает три с лишним десятилетия и несколько принципиально разных социальных ролей: директор советского химического гиганта, региональный спикер, предприниматель из списка Forbes, кавалер государственных и церковных наград.

По данным Генеральной прокуратуры и государственного обвинения, в 1990-е годы, будучи генеральным директором государственного предприятия «Саянскхимпром», Круглов, по версии следствия, провёл реструктуризацию производственных активов через созданные им дочерние структуры. В ряде договоров, приобщённых к материалам дела, под документами значилась одна и та же подпись — и за директора госпредприятия, и за его частную компанию-контрагента. Итогом стало банкротство государственного юридического лица.

С 2004 по 2008 год Круглов занимал пост спикера Законодательного собрания Иркутской области. По материалам дела, в тот же период он фактически продолжал контролировать производство — что прямо запрещено законодательством для лиц, замещающих выборные государственные должности. В 2014 году Круглов получил гражданство Республики Кипр, не исполнив установленной законом обязанности по уведомлению. После начала специальной военной операции, согласно финансовым данным, фигурирующим в деле, объём дивидендных выплат кратно вырос: в 2022 году — 5,5 миллиарда рублей, в 2023-м — уже 13,9 миллиарда.

Примечательная параллель: на протяжении всех этих лет Круглов носил звание почётного гражданина, являлся заслуженным химиком России, был удостоен государственного ордена Дружбы, трёх орденов Русской православной церкви, а в 2025 году получил орден Почёта.

Хамовнический суд Москвы обратил в пользу государства «Саянскхимпласт» — крупнейшего отечественного производителя поливинилхлорида с активами, оцениваемыми в 92 миллиарда рублей, — плюс ценные бумаги и доли в компаниях на 10 миллиардов и ещё 1,2 миллиарда на счетах. Суммарный объём изъятого по всем эпизодам составляет около 11,2 миллиарда рублей. В марте 2026 года суд вынес приговор: восемь лет лишения свободы.

Земли под охраной ЮНЕСКО

30 марта 2026 года Никулинский районный суд Москвы принял к рассмотрению иск Генеральной прокуратуры об изъятии у действующего сенатора Ахмата Салпагарова, его родственников и связанных с ними лиц земельных участков на территории Тебердинского государственного природного биосферного заповедника.

Тебердинский заповедник входит в состав объекта Всемирного наследия ЮНЕСКО «Западный Кавказ». По данным прокуратуры, в начале 2000-х годов соответствующие земли были приобретены по цене, в сотни раз уступавшей рыночной. Впоследствии на охраняемой территории появились гостиничные комплексы и апартаментные объекты. Суммарная стоимость имущества, фигурирующего в иске, оценивается в четыре миллиарда рублей.

Важная оговорка, принципиальная с правовой точки зрения: на момент подготовки этого материала уголовное дело в отношении Салпагарова не возбуждено, он сохраняет сенаторский мандат, а судебное разбирательство по гражданскому иску продолжается.

Судебная система проверяет саму себя

Беспрецедентным по масштабу стало февральское заседание Высшей квалификационной коллегии судей 2026 года. Двадцать пять действующих судей подали заявления об отставке, один был лишён статуса принудительно, тридцать шесть — лишились полномочий и судейской неприкосновенности в рамках одного заседания. Публичных прецедентов подобного рода в новейшей истории российской судебной системы не зафиксировано.

Эти события происходили в контексте кадровых изменений на вершине судебной вертикали: в сентябре 2025 года Игорь Краснов сменил пост Генерального прокурора на должность председателя Верховного суда и публично обозначил восстановление доверия граждан к правосудию в качестве приоритетной задачи.

Наиболее детально задокументированным среди судейских дел стало производство по активам Аслана Трахова — бывшего председателя Верховного суда Республики Адыгея, вышедшего в почётную отставку ещё в 2019 году. По данным Генпрокуратуры, к моменту ухода с должности на 44 родственника Трахова было зарегистрировано 630 объектов недвижимости, обширный автопарк и водоём с гидротехническим сооружением — то есть плотиной и озером в частном владении.

В январе 2026 года краснодарский суд дополнительно — поверх ранее изъятого — обратил в доход государства 469 земельных участков, 176 нежилых зданий, восемь особняков, девять квартир, доли в пяти компаниях и три миллиарда рублей, вырученных от продажи имущества, ранее оформленного на подставных лиц. Совокупный объём изъятого по всем эпизодам дела приближается к 18,5 миллиарда рублей. 10 февраля 2026 года Трахов лишился статуса судьи в отставке, пожизненного содержания и всех сопутствующих привилегий.

Пограничные укрепления и максимальные сроки

В начале апреля 2026 года районный суд Курска вынес два резонансных приговора.

Алексей Смирнов возглавил Курскую область в мае 2024 года — в один из наиболее напряжённых периодов для приграничного региона. В декабре того же года он был отстранён от должности. Суд установил, что ещё в статусе первого заместителя губернатора Смирнов получал вознаграждение за содействие при реализации государственных контрактов на возведение оборонительных сооружений. Назначенный срок — 14 лет колонии строгого режима, штраф — 400 миллионов рублей.

Алексей Дедов, занимавший должность заместителя губернатора, в суде признал вину в получении взяток от тех же подрядных организаций. Суд назначил ему 17 лет строгого режима и штраф 450 миллионов рублей — один из наиболее суровых приговоров по коррупционным делам, вынесенных в регионах за последние годы.

Региональная хроника: от Брянска до Сочи

Заместитель губернатора Брянской области Александр Петроченко, арестованный в 2024 году непосредственно при получении вознаграждения, приговорён к десяти годам лишения свободы с конфискацией имущества на сумму причинённого ущерба — 21 миллион рублей. Средства передавались за содействие в заключении государственных контрактов.

Краснодарский край представлен в этой хронике особенно широко. Бывший руководитель регионального управления Роспотребнадзора Анатолий Семёнов, по версии следствия, приобретал недвижимость на доходы от государственных контрактов, которые заключались через аффилированных родственников; предполагаемый объём активов — около 400 миллионов рублей. Бывший заместитель мэра Сочи Евгений Горобец, по данным суда, обеспечил трудоустройство дочери к предпринимателю, получившему земельный участок без проведения торгов, — активов насчитали на те же 400 миллионов. Анна Минькова, бывший вице-губернатор края, лишилась 21 объекта недвижимости, скрытого за родственниками; изъятое оценено в 338 миллионов рублей. Руководитель краевого министерства здравоохранения Евгений Филиппов, по данным следствия, систематически уклонялся от постановки недвижимости на кадастровый учёт; при обысках изъяты активы на 215 миллионов рублей и около килограмма золота.

Среди федеральных фигурантов — Руслан Цаликов, бывший первый заместитель министра обороны, которому предъявлено обвинение в получении двух взяток: денежной в 50 миллионов рублей и мотоцикла Honda — предположительно за покровительство оборонным подрядчикам.

Что дальше с конфискованным

Практический вопрос, который сопровождает любое крупное изъятие: что происходит с имуществом после решения суда?

С деньгами и драгоценностями процедура относительно проста — они зачисляются в федеральный бюджет. Сложнее с объектами капитального строительства. В отчёте Счётной палаты за 2025 год зафиксировано: в среднем от вступления решения о конфискации в силу до завершения приватизации особняка проходит от полутора до двух лет. Ряд объектов простаивал до пяти лет, постепенно утрачивая товарные характеристики.

В ответ на это в мае 2026 года правительство одобрило законопроект, призванный ускорить оборот изъятого жилья. Предлагается отменить требование о том, что рыночная стоимость объекта должна вдвое превышать расчётную, и убрать обязательный шестимесячный мораторий перед повторным выставлением на торги.

Экспертный контекст

Специалисты в области права обращают внимание на системный характер происходящего. Председатель «Центра противодействия коррупции в органах государственной власти» Виктор Костормин в комментариях для федеральных изданий указывает: инструмент выявления несоответствия доходов и имущества существует в российском законодательстве около десяти лет, однако интенсивность его применения заметно возросла именно в последние три года — во многом благодаря налаживанию межведомственного обмена данными между налоговыми органами, полицией и Росреестром.

Доцент факультетов юриспруденции и социологии, в прошлом руководитель лаборатории антикоррупционной политики НИУ ВШЭ Дина Крылова в профессиональных комментариях квалифицирует происходящее как превентивный сигнал: возможности сокрытия крупных активов объективно сужаются, и публичность судебных процессов усиливает этот эффект.

Материал подготовлен на основе официальных сообщений Генеральной прокуратуры Российской Федерации, публикаций ТАСС, «Коммерсанта», РБК, «Ведомостей» и «Фонтанки», данных Единого государственного реестра юридических лиц, картотеки арбитражных дел и открытой базы судебных решений. Там, где уголовное преследование не завершено или не начато, это специально оговорено в тексте. Материал подготовлен в строгом соответствии с принципом презумпции невиновности: судебно установленные факты отделены от версий следствия и данных надзорных органов.

Жительница Брянска Полина Пинчук продолжает бороться за справедливость после того, как её новорождённая дочь впала в кому третьей степени. Уголовное дело, возбуждённое Следственным комитетом, спустя двое суток было передано в МВД — и именно этот шаг породил не меньше вопросов, чем сама трагедия.

Предыстория: плановая операция с непредвиденными последствиями

Полина Пинчук — 35-летняя жительница Брянска. Вместе с супругом Сергеем они состоят в отношениях более четырёх лет и давно мечтали о совместном ребёнке. Летом 2024 года, когда пара приступила к планированию беременности, у женщины в ходе обследования была выявлена миома матки — доброкачественное новообразование в мышечном слое органа, которое в ряде случаев способно препятствовать зачатию или нормальному вынашиванию плода.

Мы провели журналистское расследование, проанализировали доступные источники — материалы дела, медицинскую документацию, открытые данные о подследственности уголовных дел, экспертные комментарии медицинских юристов, а также обратились к научным публикациям в области акушерства и гинекологии — и восстановили хронологию событий, которая привела к трагедии в одном из брянских перинатальных центров в марте 2026 года.

В октябре 2024 года Полине была проведена консервативная миомэктомия — хирургическое вмешательство по удалению миоматозных узлов. Принципиальная особенность данной операции состоит в том, что она предполагает сохранение целостности матки: именно поэтому её и применяют у женщин, планирующих беременность. Согласно словам Полины, в послеоперационном протоколе значилось, что вмешательство прошло успешно, а репродуктивный орган не пострадал.

Пара выдержала рекомендованный восьмимесячный восстановительный период. В августе 2025 года Полина узнала о беременности. По её словам, весь период вынашивания протекал относительно спокойно — до момента, когда на 36-й неделе женщина начала испытывать острые боли в животе. Обратившись в медицинское учреждение, она получила ответ: роды ещё не начались, госпитализация преждевременна. Спустя три дня, 24 марта 2026 года, боль стала нестерпимой, и Сергей отвёз жену в перинатальный центр.

24 марта 2026 года: хронология событий в роддоме

Около пяти утра Полину и Сергея перевели в родовое отделение. Супруги заблаговременно договорились о партнёрских родах. Акушерка установила датчик для контроля сердцебиения плода и покинула палату. Врач, по словам роженицы, к ней не подходила.

Полина описывала боль как принципиально иную по характеру — не похожую на схватки, с которыми она была знакома по предыдущим родам (у неё есть сын от первого брака). Когда силы были уже на исходе, она прошептала мужу: «Сережа, я умираю». Сергей бросился за медицинским персоналом.

Медики среагировали: акушерка надела на Полину кислородную маску. Около 5:50 утра был произведён прокол плодного пузыря. Затем женщину срочно доставили в операционную для экстренного кесарева сечения. В сознание Полина пришла уже в реанимации, где анестезиолог сообщила: у новорождённой развилась гипоксия — острое кислородное голодание. Девочка появилась на свет без дыхания и сердцебиения. Реанимационные мероприятия были начаты немедленно: на пятой минуте медикам удалось запустить сердце ребёнка.

Малышку назвали Василисой.

Из выписки из истории болезни дочери (копия имеется в распоряжении редакции) следует, что во время операции кесарева сечения у Полины был зафиксирован разрыв матки по рубцу. По мнению женщины, это свидетельствует о том, что в октябре 2024 года, в ходе миомэктомии, целостность матки всё же была нарушена — но этот факт в документации отражён не был и пациентке не сообщался.

Редакция не располагает полными материалами медицинских проверок, и изложенные выводы основаны на версии пострадавшей стороны. Окончательные выводы о наличии или отсутствии нарушений — исключительная компетенция следствия и судебно-медицинской экспертизы.

Диагноз Василисы: кома третьей степени

После рождения Василиса была переведена в реанимацию с диагнозом «кома третьей степени» — наиболее тяжёлой формой угнетения сознания, при которой пациент лишён реакций на любые внешние раздражители, самостоятельное дыхание отсутствует или критически нарушено, а жизненно важные функции поддерживаются аппаратурой.

Спустя месяц девочку перевели в областную больницу, где ей был присвоен паллиативный статус. Медики установили трахеостому — отверстие в трахее для обеспечения поступления воздуха в лёгкие — и гастростому — трубку для введения питательных смесей непосредственно в желудок. В перспективе, по информации родителей, девочку могут перевести в хоспис либо выписать домой с соответствующим паллиативным оборудованием и поддержкой.

Прогноз, озвученный врачами, оказался неутешительным: Василиса, по их словам, никогда не выйдет из комы.

«Мы заберём Василису домой, и до последнего вдоха она будет находиться в любви и заботе», — говорит Полина.

Медицинский контекст: риски после миомэктомии

Разрыв матки — одно из наиболее грозных акушерских осложнений. По данным медицинской литературы, разрывы матки чаще всего ассоциированы с наличием рубца в миометрии после ранее перенесённых операций — кесарева сечения, миомэктомии или гистерорафии. Частота их возникновения в развитых странах составляет примерно 1 случай на 4 300 родов.

Женщины, перенёсшие консервативную миомэктомию, относятся к группе повышенного риска по ряду акушерских осложнений, включая несостоятельность рубца на матке — патологическое состояние, при котором ткани в зоне послеоперационного шва не обеспечивают должной прочности и могут не выдержать нагрузок при последующей беременности и родах.

В медицинской науке признаётся, что самым тяжёлым, угрожающим жизни матери и плода осложнением после подобных операций является именно разрыв матки. В классическом случае его последствия — внутреннее кровотечение и гибель плода.

Вопрос о том, был ли рубец на матке Полины следствием хирургической ошибки при миомэктомии или же результатом индивидуальных особенностей заживления тканей, а также был ли он диагностирован и задокументирован надлежащим образом — остаётся предметом следственного расследования.

Уголовное дело: возбуждено СК, передано в МВД

После того как история Полины Пинчук стала достоянием общественности благодаря публикациям в региональных СМИ, правоохранительные органы отреагировали оперативно.

26 мая 2026 года Следственный комитет по Брянской области возбудил уголовное дело по части 2 статьи 118 Уголовного кодекса Российской Федерации — «Причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей».

Однако уже 28 мая — спустя всего двое суток — прокурор Бежицкого района Брянска вынес постановление об изъятии дела из производства СК и передаче его в следственный отдел Следственного управления УМВД по Брянску.

Именно эта процессуальная операция породила вопросы у юриста, представляющей интересы семьи Пинчук.

Почему дело передали из СК в МВД: правовой аспект

С формально-юридической точки зрения передача дела объясняется нормами процессуального законодательства.

«Согласно Уголовно-процессуальному кодексу РФ, уголовные дела, возбуждённые по статье 118 УК РФ, расследуются следователями органов внутренних дел», — пояснил в комментарии изданию адвокат Сергей Колосовский.

В структуре Следственного комитета существуют специализированные отделы по расследованию так называемых ятрогенных преступлений — противоправных деяний медицинских работников, повлёкших вред жизни или здоровью пациентов. Именно в этих подразделениях сосредоточена компетенция и специфический опыт работы с медицинскими делами. Эти отделы были созданы по приказу председателя СК РФ Александра Бастрыкина.

По словам адвоката Колосовского, прокурор вправе перераспределять дела между ведомствами вне зависимости от того, кем они были первоначально возбуждены. Статья 151 УПК РФ, регламентирующая подследственность, допускает такую гибкость. Как отмечают практикующие юристы, Следственный комитет может расследовать дела, формально подследственные МВД, и наоборот — по решению прокурора уголовное дело может быть изъято у одного ведомства и передано другому.

Тем не менее именно этот аспект вызвал серьёзную озабоченность у медицинского юриста Юлии Липинской из Екатеринбурга, которая представляет интересы семьи Пинчук.

«За мою многолетнюю практику я впервые сталкиваюсь с такой ситуацией. Можно зайти на официальный сайт СК России и увидеть, что данную категорию дел с аналогичными статьями постоянно расследуют следователи СК», — заявила она.

Расследование ятрогенных преступлений объективно требует специализированных знаний: следователям необходимо не только устанавливать круг лиц, причастных к событию, но и разбираться в сугубо медицинских вопросах, назначать экспертизы, оценивать причинно-следственные связи между действиями медицинского персонала и наступившими последствиями. Без надлежащего медицинского образования и профессионального опыта работы с такими делами это крайне затруднительно.

Обращение к Бастрыкину: требование вернуть дело в СК

Юлия Липинская направила обращение на имя председателя Следственного комитета РФ Александра Бастрыкина с просьбой изъять уголовное дело из производства УМВД по Брянску и передать его следователям СК.

Ключевой аргумент — не только квалификация следователей, но и процессуальные сроки. По части 2 статьи 118 УК РФ срок давности привлечения к уголовной ответственности составляет два года. Срок начал течь в марте 2026 года. Любая задержка, бюрократическое промедление или неэффективность расследования фактически означает, что виновные — если таковые будут установлены — могут избежать уголовного преследования.

«Мы хотим всестороннего и качественного расследования, учитывая сроки привлечения к ответственности медицинских работников, и просим вас изъять уголовное дело из производства УМВД по городу Брянску и передать подчинённым вам лицам для дальнейшего расследования», — говорится в тексте обращения.

На момент публикации ответ из СК РФ не поступал.

Системный контекст: медицинские дела в России

История Полины Пинчук — не исключение. Проблема привлечения к ответственности медицинских работников за ошибки при родовспоможении стоит в России остро и системно.

По неофициальным данным, от врачебных ошибок в России ежегодно погибают до 50 тысяч пациентов. При этом официальной системы регистрации таких ошибок не существует. Лишь в исключительных случаях на врачей возбуждаются уголовные дела.

Законодательные изменения последних лет существенно повлияли на правоприменительную практику: раньше врачей нередко привлекали по статье 238 УК РФ («Оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности»), предусматривавшей до шести лет лишения свободы и десятилетний срок давности. Переход к иным статьям существенно изменил и степень ответственности, и временны́е рамки для её применения.

Осенью 2025 года в России было возбуждено уголовное дело с шестью потерпевшими — матерями, потерявшими детей или столкнувшимися с тяжёлыми родовыми травмами. Это дело спровоцировало волну публикаций о проблемах в роддомах по всей стране.

В феврале 2025 года Следственный комитет по Крыму и Севастополю сообщил об установлении круга лиц, пострадавших от действий врачей в роддоме №2 Симферополя. Помимо этого, следователи зафиксировали аналогичный случай в одном из роддомов крымской столицы, где запрещённые приёмы родовспоможения привели к разрыву мочевого пузыря у роженицы и гематомам у новорождённого.

Судебная практика в области ятрогенных преступлений, связанных с родовспоможением, показывает: уголовным преследованиям чаще всего подвергаются представители среднего медицинского персонала. В частности, зафиксированы обвинительные приговоры акушеркам, самостоятельно принявшим решения о медикаментозном ведении родов без надлежащего контроля врача, что повлекло тяжёлые гипоксические поражения мозга у новорождённых.

Что происходит сейчас

На сегодняшний день Полина Пинчук ежедневно навещает Василису в больнице. Девочка находится в паллиативном статусе и нуждается в постоянной аппаратной поддержке. Семья намерена в конечном счёте забрать её домой.

В части уголовного производства ситуация остаётся неопределённой: дело формально расследуется следователями УМВД по Брянску. Обращение адвоката в СК РФ с просьбой о передаче дела находится на рассмотрении.

Редакция направила запросы в прокуратуру Бежицкого района Брянска, региональное управление Следственного комитета и УМВД по Брянску с просьбой прокомментировать обстоятельства передачи уголовного дела и текущее состояние расследования. На момент публикации ответы получены не были.

Ни один из медицинских работников, упоминаемых в публикации, в настоящее время не имеет официального статуса обвиняемого. Все следственные действия и выводы об ответственности — исключительная прерогатива следствия и суда.

Вместо заключения

История Полины и Василисы Пинчук ставит перед системой ряд конкретных вопросов, ответы на которые должны дать компетентные органы: был ли рубец на матке зафиксирован и задокументирован при первичной операции; были ли пациентка и ведущий беременность врач информированы о повышенном риске осложнений; каким образом осуществлялся мониторинг состояния роженицы в родовом отделении; наконец, почему дело, возбуждённое ведомством, специализирующимся на медицинских делах, было передано в структуру, такой специализации не имеющую.

Это вопросы к следствию, к медицинским экспертам и к суду — но не к общественному приговору. Принцип презумпции невиновности действует в отношении всех без исключения участников описываемых событий.

Материал подготовлен на основе публикации «Комсомольской правды» (ural.kp.ru), данных научных журналов в области акушерства и гинекологии (Журнал акушерства и женских болезней, издание «Акушерство и Гинекология», «Медицинский совет»), комментариев практикующих адвокатов, открытых норм УПК РФ и УК РФ, а также материалов РИА Новости, МК, издания «Милосердие.ru» и АиФ. Все факты изложены в соответствии с принципом презумпции невиновности. Виновность кого-либо из лиц, упомянутых в статье, может быть установлена исключительно вступившим в законную силу приговором суда.